The Economis: Благотворительность не к месту

12:22 2016-06-26 26 бедный донор международный много помощь

Рейтинг 1/5, всего 2 голосов

Не так давно популярным реципиентом международной помощи была Малави. В 17-миллионной стране свирепствовали нищета и СПИД, так и малейшее содействие могло заметно улучшить ситуацию. Еще один плюс — государство была относительно демократичной, а Джойс Банду, которая занимала тогда пост президента, принимали в Вестминстере и Белом доме. В 2012-м западные страны закачали в Малави $1,17 млрд. Тогда внешняя помощь составляла 28% местного валового национального дохода.

В следующем году коррумпированные чиновники, бизнесмены и политики отщипнули с малавойськоо казну не менее $30 млн. У чиновника, который вел расследование кражи, трижды стреляли (чудом выжил). В ФРГ заявили, что присоединятся к финансированию следствия. Позже в доме одного из немецких представителей ворвались злоумышленники, которые украли документы, связанные со скандалом. Следовательно Малави больше не популярен реципиент, а скорее что-то вроде надоедливого любовника, которого давно покинули бы, если бы не было так жаль. Страна до сих пор получает немалую международную помощь (2014-го — $930 млн), но доноры держат деньги подальше от тамошних чиновников.

Внешняя помощь способна творить чудеса. Она пособила Южной Кореи и Тайваня зопнутися на ноги на пути к богатствам и вполне остановить оспу в 1970-х и почти — полиомиелит. Впрочем, как свидетельствует пример Малави, ее могут прибрать к рукам и мошенники. Кроме того, она способна увеличивать рабочую нагрузку там, где слабый государственный аппарат, искажать рынки, усиливать диктаторов и растягивать во времени гражданские войны. Плательщикам налогов с богатых стран не нравится, когда их деньги тратят на новенькие мерседесы. Поэтому доноры пытаются направлять адекватную помощь в места, где она даст больше добра, и на оправданные потребности. Насколько это им удается?

Читайте также: Больница на Лаврской: пациенты против переселения в никуда

Десятилетия назад бедные и богатые страны взялись определять, что такое «эффективная помощь». Объявили, что она должна направляться на улучшение ситуации для большого количества бедных людей, а не опосредованно — на поддержку дружественных стран-доноров диктаторов или новых возможностей экспортеров. Помощь должна быть скоординирована, иначе «бедный министр здравоохранения имеет дело с десятками разных спонсоров и анкет, которые нужно заполнить», говорит Уильям Істерло из Университета Нью-Йорка. Выделение помощи должно быть прозрачное и, где возможно, проходить через правительство государства.

Эти высокие идеалы отражают время, когда их заложено: тогда закончилась холодная война и у Запада было много денег. И все-таки они адекватные. Те, кто наблюдает за международным содействием и ожесточенно спорит по поводу «мир нуждается меньше или больше помощи?», в основном с ними соглашаются. И часто добавляют, что ее следует выделять сравнительно свободным странам с хорошей властью.

Доноры, пожалуй, были бы полезнее, если бы сосредоточились на нескольких проектах в нескольких странах. Но они изо всех сил пытаются сделать обратное

Международная помощь почти ни в чем не соответствует ни одному из этих критериев. Ее координация напоминает скорее гонки на выживание. Большая часть предоставленного не попадает ни бедных людей, ни к странам с должным управлением. А по некоторым меркам практика ее назначения только ухудшается. Доноры пытаются вознаграждать адекватные режимы и наказывать плохие, но эти усилия бывают подорваны другими странами и их собственной нетерплячкою. Удивительно, что столько умных людей с добрыми намерениями могут доработаться до такого беспорядка.

Международная техническая помощь (помощь на развитие), которая предусматривает гранты, кредиты, технические рекомендации и списывание долгов, ежегодно достигает около $130 млрд. Она глубокими и стремительными реками вытекает из Берлина, Лондона, Парижа, Токио и Вашингтона, меньшими ручьями — из других точек, хотя скандинавские страны как на свои размеры довольно щедрые. Свыше двух пятых такой помощи проходят через многосторонние организации вроде Всемирного банка, ООН и Глобального фонда борьбы со Спидом, туберкулезом и малярией. В прошлом году 9% этих средств потратили на беженцев в странах-донорах, что показывает, насколько увеличилось количество мигрантов в Европе.

Река помощи заливает одни места, но вообще не допливає к другим. В Индии около 275 млн человек живут менее чем на $1,90 за день. В найстандартношому пакете «программы помощи стране» 2014 года она получила $4,8 млрд, то есть $17 на бедного человека. Вьетнам тоже досталось $4,8 млрд, но, поскольку он значительно меньше и богаче, здесь на бедняка приходится $1,658 помощи (см. карту). В этом смысле особенно хорошо ведется странам Юго-Восточной Азии и Южной Америки.

Сегодня западным странам через моральные упреки в основном пришлось отказаться от привычки выделять деньги дружественным к себе режимам и бывшим колониям, которая царила во время холодной войны. Впрочем, помощь и до сих пор относительно открыто используют как инструмент внешней политики, и сейчас все больше, как говорит Оуэн Бардер из аналитического Центра глобального развития. Сегодня враг — это не коммунизм, а радикальный ислам. Такие государства, как Афганистан, Египет, Иордания, Сирия и Турция, получили в 2014 году больше помощи на каждую, чем Бангладеш, хотя в одной из них отнюдь нет столько бедноты, как в последний. На прошлой неделе в ЕС пообещали больше помощи странам Африки и Ближнего Востока, которые будут останавливать мигрантов.

Вознаграждение за провалы

Более правдоподобный повод не давать беднейшим странам столько помощи — плохое управление в них. Но они не получают ее не поэтому. Клодия Уильямсон из Университета Миссисипи разработала шкалу, которой можно измерить как бедность, так и качество управления. Она обнаружила, что распределение международной помощи на самом деле ухудшилось между 2004 и 2012 годами. «Деньги попадают в страны со средним уровнем доходов, где правление ничем не лучше», — говорит она.

Доноры часто склонны выделять помощь как вознаграждение за демократические реформы или пытаются наказывать ее отсутствием за коррупцию и регресс изменений, как в Малави. Между 2009 и 2014 годами улучшения минимум на два пункта по 14-значной шкале от Freedom House продемонстрировали 12 стран, которые получали международную помощь. Отсюда можно сделать вывод, что они стали заметно демократичнее и либеральнее. Десять из них имели в 2014-м больше чистой помощи, чем на пять лет раньше. Из девяти реципиентов, у которых ситуация ухудшилась на два пункта или больше по той же шкале, меньше помощи получили шесть.

Читайте также: «Лаврская» больница на чемоданах: медики бунтуют, батюшки готовятся к ремонту

Но такая мотивация в выделении помощи часто играет вторую скрипку, тем временем объемы финансирования серьезно возрастают, когда претендент является стратегически важной страной. Чистая внешняя помощь Турции, которая становится все автократичношою и совсем не бедная, на протяжении 2004-2014 годов возросла более чем в десять раз, до $3,4 млрд. Кроме того, доноры склонны обращать внимание на тех, кого проще всего увидеть. Ученые Деррен Гоконс и Джей Ґудлоффе показали, что доноры часто вознаграждают страны, которые становятся все более похожими на них самих. А когда реципиент присоединяется к клубу демократических стран, объем помощи уменьшается. Таким путем шла американская помощь Перу. «То есть тебя наказывают за то, что приходишь зависокого уровня демократического управления», — говорит Брэд Паркс из аналитического центра AidData.

И даже если западные доноры давали за помощь четкие последовательные сигналы, их часто попросту не слышали бы. В случае многих бедных стран важнее международную помощь стали инвестиции или переводы заробитчан из-за границы. Кроме того, теперь можно выбирать среди различных доноров. Несколько государств, которые ранее принимали помощь, сегодня ее выделяют. Некоторые, в частности Индия и Турция, и получают, и отправляют другим. Китай, по данным ОЭСР, в прошлом году выплатил около $3,4 млрд. Это мизер по сравнению с США или Британией, но имеет свой вес, потому что такая помощь может амортизировать шок в стране, когда оттуда выходят другие доноры. В мае Пекин пообещал больше продовольственной помощи и 100 полицейских автомобилей для Малави.

Для коррумпированных диктаторов китайская помощь даже лучше, чем западная. Пекин обычно не слишком интересуется демократией и редко против, чтобы его кредиты тратились на большие ненужные проекты: он, в конце концов, немало таких воплощает дома. Одно исследование выявило, что помощь из Поднебесной, вероятнее всего, попадает в регионы, где родились африканские лидеры.

Впрочем, избыток доноров в определенной степени серьезно вредит бедным странам. Сегодня помощь поступает с разных направлений и все меньшими порциями: по данным AidData, 2013 года на среднестатистический проект выделяли $1,9 млн. В 2000-м — $5,3 млн. В Мозамбике — 27 серьезных доноров только в отрасли здравоохранения, и это без учета большинства незападных или частных. Бельгия, Франция, Италия, Япония и Швеция выделили ему менее чем $1 млн каждая. Такая фрагментация ложится на бедные страны дополнительным бременем, ибо предполагает бесконечную писанину отчетов, а еще забирает для управления донорскими проектами и так ограниченный ресурс государственной службы.

Доноры, пожалуй, были бы полезнее, если бы сосредоточились на нескольких проектах в нескольких странах. Но они изо всех сил пытаются сделать обратное. Похоже, успех для них — это как можно больше флажков своей родины, прикрепленных по всему миру. Председатель Комитета по вопросам содействия развитию ОЭСР Эрик Солгайм вспоминает, как пытался убедить родную Норвегию сосредоточиться на том, что она действительно знает: на управлении нефтяным бумом, а не на делах вроде сельского хозяйства в тропиках. Не сумел.

Десяток лет назад общепринятыми лекарствами от распыления была практика выделять донорскую помощь непосредственно бедной стране, чтобы та распорядилась ею по собственному усмотрению. Теперь это стало крайне немодно. Меценат, который финансирует правительство, чувствует себя ответственным за любой плохой шаг последнего: от принятия законов, запрещающих гомосексуализм, к рокрадання денег. А когда помощь утеряна, вернуть ее очень сложно. Наверное, доноры не хотят больше восстанавливать прямую бюджетную поддержку Малави: один из них сказал, что это «в прошлом». В Министерстве международного развития Великобритании, которое выделялось ранее святой верой в прямую бюджетную помощь как форму международной, в прошлом году заявили, что прекратят такую деятельность.

Ситуация с международной помощью — это сегодня беспорядок, хоть как на нее посмотри. Поэтому значительный прогресс хотя бы по одной из целей, согласованных в Париже 10 лет назад, — уже достижение. Доноры стали значительно более открытыми в вопросе того, куда идут и как расходуются средства. И мы знаем о всех проблемах в международной помощи собственно благодаря этой прозрачности. Но знания и желание меняться не одно и то же.

© 2011 The Economist Newspaper Limited. All rights reserved

Перевод осуществлен с оригинала «украинской неделей», оригинал статьи опубликован на www.economist.com


Террористы ИГИЛ взяли на себя ответственность за взрыв в Манчестере
Террористы ИГИЛ взяли на себя ответственность за взрыв в Манчестере
07:22 2017-05-24 7

В ИГИЛ рассказали, как устроили теракт на концерте в Манчестере
В ИГИЛ рассказали, как устроили теракт на концерте в Манчестере
20:17 2017-05-23 19

В ИГИЛ рассказали детали об организации теракта на стадионе Манчестера
В ИГИЛ рассказали детали об организации теракта на стадионе Манчестера
18:23 2017-05-23 18

«Исламское государство» взяло ответственность за теракт в Манчестере
16:19 2017-05-23 15

Офицер из Новосибирска погиб в Сирии
07:22 2017-05-23 20

Названы темы неожиданных майских переговоров Путина и Макрона
20:15 2017-05-22 9

В Сирии погиб еще один путинский «ихтамнет»
16:15 2017-05-22 27

Все сирийские повстанцы покинули город Хомс
08:17 2017-05-22 12

«Мумия»: финальный удлиненный трейлер выдал «козыри» фильма
22:20 2017-05-21 14

Вася Обломов высмеял российское телевидение в новом клипе
21:22 2017-05-21 30