Циркачка, дворянка и коммунистка: три эротические поэтессы 20-х годов

11:11 2016-03-13 94 деть иза стих троицын троицын день

Рейтинг 1/5, всего 9 голосов

Как-то Забила приехала из Харькова и после устроенной в ее честь вечеринки ночевала не у девушек-плужанок, а в… Антона Шмигельского. Гуменная же не знала никого, никого такого, кто мог бы так передавать зелеными глазами свою ласковость…»

Однако когда речь шла не то, что об эротических мотивах, а об угрожающем сексуалізм в тогдашней поэзии, неумолимое Гуменная лагіднішала то суворішала, потому что признавала, что не одна красавица Забила имела такие нездоровые уклоны: «Это была тогда такая мода, кроме нее, отмечались еще и Раиса Троянкер и Людмила Пионтек, жена И. Кулика».

Что же такого сексуального было в стихах этих трех поэтесс?

Циркачка

Раиса Троянкер родилась в семье сторожа уманской синагоги. Пятнадцатилетней сбежала из дома с укротителем тигров Леонидом Джордани, выступала с ним в цирке в смертельном номере — каждый вечер клала голову в пасть тигру.

Падкая до эротических приключений юная девушка не могла удержаться от соблазнов. Ее следующий роман с уманским журналистом и писателем Онопрієм Турганом обернулся браком, родилась дочь Аленка. Года 1925-го Турган с молодой женой перебрался в Харьков. Троянкер уже тогда сама писала стихи, и в следующем году вышел ее первый сборник «Наводнение».

Юрий Смолич о дебют уманчанки в столице вспоминал иначе: «Ввел в литературу, как известно, Сосюра, підціпивши где-то в Умани во время гастролей цирка, в котором она работала (было ей тогда пятнадцать-шестнадцатый) с укротителем тигров, и теперь всем рассказывал, что в Раю большой шрам выше колена, почти в паху — ее хорошенечко тронул тигр во время спектакля. Ну и все теперь (это было как спортивный интерес) должны были увидеть тот тигровый шрам на ноге поэтессы».

Шрам в паху от когтей тигра в Троянкер действительно был, она его описала в стихах. И о том, что ее «лечат по Фрейду», тоже писала в письмах Ивана Днепровского. Поэтому Смолич ничего не преувеличивал: «Как известно было среди писателей старшего поколения, была слишком распутная и, по свидетельству врачей, болела нимфомании: одно слово, мало кто из тогдашних писателей с ней не переспал. Стихи она писала только эротические, и неплохие, надо сказать, под влиянием Анны Ахматовой и других из той плеяды».

Как эротическую, даже непристойное, воспринимали поэзию Троянкер и рядовые читатели. Григорий Костюк вспоминал холостяцкие вечеринки, в которых он в юности участвовал: «Интересно отметить, что бдительные, общественно-ответственные и инициативные на труды политехники, математики, историки, педагоги здесь превращались в остроумных, неунывающих гуляк, розповідачів дразливих анекдот, декламаторов “сальных” стихов “Гаврилиады” Пушкина, или еще больше — нашей Раисы Троянкер, а кое-что и “захалявный” Сосюры».

Что уж говорить о прыщавый подростков, как совсем юный Лев Копелев с друзьями: «Зато всех нас, вчерашних школьников, бесспорно занимавшего поэтесса “Авангарда” Раиса Т. Маленькая, тоненькая, очень густо накрашенная, она читала стихи, в которых рассказывала, как впервые отдавалась».

Раиса Троянкер

* * *

Трава вяленая и онемела осень…

Сегодня случилось. Что это? Я жива?..

В траве запутались, развеялись косы,

в горячке тело и голова.

Смята платье. На лице — мука.

Красные пятна в лентах комбіне…

И пада вечер в бездну круком,

и зовет вечер упасть и меня.

На сердце как-то тяжело и тревожно.

И ты, неловкое, не можешь приласкать…

И то, что случилось, вернут нельзя.

И сердце холодом стиска…

Ты так молил — сегодня стань моей…

И случилось. А закон бытия!

Мы в траве забыли томик Гейне,

его листья от ветра шелестят.

И как-то странно. Хотя всю уже видел —

стесняюсь при тебе чулок підвязать.

И так иду. И мы как будто чужие,

и у меня невольно жемчужиться слеза.

О, не вернуть! Не стать такой, как вчера,

ничем не змить из уст палящих пятен!

А день такой обычный и бодрый,

такая спокойная уставшая земля…

Леонид Чернов, Павел Иванов, Александр Копыленко, Константин Фєдін, Раиса Троянкер, Олесь Досвитний, Юрий Лібєдінскій, неизвестный. Одесса, 1929

Раиса Троянкер

НОЧНАЯ БЕСЕДА

Подожди, Мефистофель,

подожди, Мефистофель,

Может быть, приду ночью и продам

Свои кровью написаны останнії строфы,

Свою мудрость прозрачную, как в стакане вода.

Подожди, Мефистофель,

у тебя хищное лицо,

А у меня розовость еще со щек не сошла.

Я приду ночью и трижды постучу

И продам свою мудрость,

и продам свой талан.

Может рано прощаться?

О, еще рано прощаться!

Я приду, Мефистофель,

Стирая муку с лица.

Поменять свои сокровища

На химернеє счастья,

На улыбку ребенка,

На объятия самца.

Я ужасно устала.

Я ужасно устала.

Посмотри на пропасть

У грусти глаз

Хочу слышать банальное.

Я люблю тебя милая,

Хочу быть не одинока

В синей тоске ночей.

Подожди, Мефистофель,

у тебя хитрая улыбка,

Твои зеленые глаза загадочно мельтешат.

Подожди, Мефистофель,

Тебе горько и смешно,

Потому что ты знаешь о счастье

И химеры жизни.

Подожди, Мефистофель,

Я не белокурая Гретхен.

Я порывистая и нервная,

Я женщина — поэт.

Я ищу неизвестное, еще не сказанное слово,

Знаю жажду вдохновение,

Творческих запалов лет.

Легко быть любовницей,

Даже матерью и женщиной.

Но как увязать это по призванию творца?

Ой, летят похоронно

Срибнодзвонни снежинки.

Я приду, Мефистофель,

Стирая муку с лица.

Дворянка

Вот кто в молодости «косил» под Анну Ахматову (Гумилев этих юных последовательниц называл «подахматовками»), так это Наталья Забила. Русскоязычная дворянская семья, соответствующее воспитание и крушение всех надежд после 1917 года. Отголоском аристократической юности станут впоследствии переводы из «проклятого» Бодлера. А в начале 20-х Наташа долго не могла найти места в серой люботынском действительности под Харьковом и целые тетради списывала стихами на смерть Блока, с эпиграфами из Бальмонта и Игоря Сєвєряніна, полными ахматовской любовной неги.

Наталия Забелло

ТРОИЦЫН ДЕНЬ

В Троицын день я хочу поцелуя,

В радостный Троицын день.

В Троицын день так доверчиво жду я

Эту лиловую тень

Троицын день — это праздник лучистый,

Праздник зеленых берез,

Праздник цветов ароматно-душистых,

Праздник безоблачных грез…

Милый, приди под немые березы —

Я прибегу по росе…

Я принесу тебя пышные розы,

Алые розы тебе…

Алые розы — любовь неземная,

Радостней лилий твоих.

В Троицын день ты поймешь, ты узнаешь

Счастье мгновений немых…

В Троицын день мы уйдем в голубую

В эту манящую тень…

В Троицын день я хочу поцелуя,

В радостный Троицын день!

Обложка тетради со стихами Забилы

Вряд ли имели конкретного адресата стихотворения-страдания из-за неразделенной любви к женатому мужчине. В жизни Забила оказалась гораздо активнее и энергичнее и женщиной, и любовницей. Кроме двух официальных браков с Саввой Божком и Антоном Шмигельським в 20-х годах, у нее было множество кавалеров, поклонников и любовников. Неутомимый разведчик интимных глубин Юрий Смолич писал: «Наталья была “свободолюбивый”, ее любовники не имели счета, и первый ее любовник был у нее, когда ей исполнилось лишь шестнадцать лет. Она воспринимала любовь только как любовь, и никогда не строила из любви никаких мук и переживаний».

Смолич и Забила общались откровенно и знали о несметных романы друг друга. И в одном — цена девичьей невинности — они так и не сошлись: «Наташа засмеялась и махнула рукой: — Поверьте, Юра, об этом думают только мужчины, женщины никогда не ломают себе голову над этим. Ерунда! Отдать свою девственность, любя, — радость. Для женщины, что любит, здесь нет никаких проблем. Это вы выдумываете проблемы. — Я не согласился с Наташей, не согласен и до сих пор».

Наталья Забила

* * *

Черным глазом смотрит пещера

В лесную ліанову границу.

Я — стройная, вигиниста пантера

Свою берлогу неусыпно стерегу.

Выхожу зарошаним камнями,

Жовтозоро режу синюю ночь,

И лелеет лунный свет

Бархатным блеском на мне.

Вигинаю черные мышцы —

Под ногами шурхом камешки…

А весной бились за меня

Молодые разгоряченные самцы.

Диких джунглей благовония ядовитые,

Черные спины, когти и кровь…

Розшайнулось страстно и буйно

Весеннее соревнование за любовь.

Есть закон — единственный, невідхильний,

А жизнь — безжалостно ясное:

имеет право жить только сильный, —

Только сильный может взять меня.

Желтый зрение мой синий сумрак режет.

Каждый хорошо знает собственный путь:

Борьба за свободу и за еду,

Борьба самки за малышей.

Не вступить врагу в пещеру,

Не пройти заказану черту, —

Я — стройная, вигиниста пантера

Свою берлогу неусыпно стерегу.

Наталья Забила

ОДИН ВЕЧЕР

В синем городе гомоны уснули,

Поцеловалась с сумраком земля…

Ты мне на перекрестке темных улиц

Бросил остро: — Дети или я!..

Молчаливых домов сонные лица,

Где-то в синие — мечты дальних сел…

Дорогой мой ! Я прежде всего — самка,

И для меня дети — прежде всего.

Прорезали лучи трамваев

Фонарей сріблястії мосты…

Ты ушел… А я уже не знаю —

Может, прежде всего на свете… ты ?

Коммунистка

Имя жены литературного и партийного вождя Ивана Кулика предательская память подсказала Гуменной неправильно. Оно и не удивительно, ибо Люциана Карловна Пионтек — дочь богатого немца из Лубен. Дебютировала она еще в 1917 году как русскоязычная поэтесса в сборнике лубенских гимназистов «Кружок поэтов». Потом вышла замуж тоже за сына зажиточного крестьянина, боротьбиста Михаила Віленберга. Оба учились в Харькове — Люциана в институте народного образования, Михаил — в сельскохозяйственном институте и одновременно был комиссаром этого вуза. Однако супруги не удержалось — Лиля развелась с Віленбергом и взяла брак с большевиком, уманским евреем Иваном Куликом. Может, тогда она и вступила в ВКП(б). Почти сразу после брака пара выехала заграницу — Кулика на четыре года отправили заместителем генерального консула СССР в Канаду для связей с тамошними украинцами.

Вернувшись в советскую столицу, Люциана издала две книги: сборник стихов «Тихим диссонансом» и сборник рассказов «Балаклава» (1929). Много переводила с английского, но именно поэтому ее литературную карьеру преследовали скандалы. Сперва молодой и нарваний комсомольский писатель Олесь Донченко — как на зло осведомлен лубенец — настрочил статью «Неприятным диссонансом», в которой высказал плагиат, мол, Пионтек тупо перевела три стихотворения из русскоязычного «Кружка поэтов». Лиля, оправдываясь, обмолвилась, что одно из стихотворений написано под влиянием Макса Волошина (а на дворе стоял 1929 год!). И вообще, если бы она хотела воровать чужие стихи, то могла бы свободно это делать с англоязычной и немецкоязычной поэзией…

Юрий Смолич утверждал в воспоминаниях, что и здесь Пионтек попалилася: Иогансен поймал ее на том, что она переводы из американской и английской поэзии выдавала за собственные стихи.

Люциана Пионтек

БЕССОННИЦА

Когда ветер с моря, а сон прижал Балаклаву,

Я не сплю, лежа в темном.

Думаю: любил Асю и Клаву,

А я — даже не для новой поэмы.

Из темного угла призраком

Пресмыкается убийство Стамболийского.

Знаю: будет и в Болгарии

Победа. Уже близко.

На столе еще твои лилии:

Кто-то говорил: они — символ меня;

А я знаю: так, как к ней,

Ты до меня не спалахнеш.

И снова пленум Коминтерна,

А я еще не в партии…

Но я прошла главное inferno,

И ты можешь меня любить.

Нет,

не сон,

не сон эти

ласки, горячие, как солнце!

Они же

так недавно

были.

Крым

Балаклава

1923.

Люциана Пионтек

ЛОНДОН

9 января 1924 г.

На мосту сфинксы стерегут Темзу

И врезались застывшими глазами

В тяжелую, туманную, черную муть,

Что камнем повисла над ними.

И грезится им все: в Британском музее

Грустит, как они, гигантский Озирис

За небом солнечной Африки своей,

По Нилу разливным, что зарос лотосом.

На Piccadilly свет льют каскадами рекламы,

Авто, трамваев, кэбов бега мошкара,

И царство business city здесь несокрушимо

Уверенно руководит день за днями.

Здесь все твердое. И только окарино

(Безногого слепца) угрозой дрожит

И заставляет уверены витрины

Слегка побледнеть на мгновение.

Источник: Литакцент


Pа последний час новости о войне в Сирии: СМИ сообщили о планах проверить изготовителя тросов для «Адмирала Кузнецова»
Pа последний час новости о войне в Сирии: СМИ сообщили о планах проверить изготовителя тросов для «Адмирала Кузнецова»
08:28 2016-12-06 20

Cводки Алеппо и карта сейчас, 07 декабря Самыми обсуждаемыми фигурами в России в 2016 году стал президент и британский актер — данные Twitter
Cводки Алеппо и карта сейчас, 07 декабря Самыми обсуждаемыми фигурами в России в 2016 году стал президент и британский актер — данные Twitter
08:27 2016-12-06 9

Pа последний час новости о войне в Сирии: Сеть насмешил украинский след в крупном военном конфузе Путина
Pа последний час новости о войне в Сирии: Сеть насмешил украинский след в крупном военном конфузе Путина
08:27 2016-12-06 17

Сирия 07 декабря 2016: Военные впервые рассказали о боевых «Катранах» для «Адмирала Кузнецова»
08:27 2016-12-06 13

Cводки Алеппо и карта сейчас, 07 декабря Россия использует единую тактику в Сирии и на Донбассе
08:26 2016-12-06 15

Сирия 07 декабря 2016: РФ и Китай ветировали резолюцию Совбеза ООН по перемирию в Алеппо
08:26 2016-12-06 7

Россия и Китай отвергли усилия ООН по перемирию в Алеппо
07:17 2016-12-06 7

РФ и Китай заблокировали резолюцию ООН о перемирии в Алеппо
03:16 2016-12-06 9

Россия и Китай ветировали резолюцию Совбеза ООН по перемирию в Алеппо
01:16 2016-12-06 8

Дебютную игру Бойко в Примере оценили очень низкой оценкой
20:22 2016-12-05 10