Все вежливо в очередь

11:55 2016-02-16 115 беженец Европа иза мигрант много

Рейтинг 3.5/5, всего 11 голосов

За пять лет гражданской войны в Сирии погибли сотни тысяч людей. Миллионы остались без крыши над головой. Она втянула страны региона в водоворот геополитики. Она создает благоприятную почву для появления террористов и фанатиков. Через нее исторически нестабильным регионом ширится насилие. А еще она обусловила наибольшее за последнее время кризис беженцев в Европе.

Количество беглецов сама по себе не так уж и шокирует: Европейский Союз с населением 500 млн принял в прошлом году 1 млн нелегальных мигрантов — это немного больше, чем численность сирийских беженцев в 5-миллионном Ливане. Но через хаотичность наплыва мигрантов и их целенаправленное желание попасть в нескольких богатых стран европейские правительства ополчились друг на друга, а и без того неоднородный подход европейцев к вопросу предоставления убежища разнится теперь еще больше. Однако ни одна из европейских стран не решит этой проблемы самостоятельно. Большинство отреагировала односторонним закрытием границ и жесткими правилами предоставления убежища, поэтому мигрантам остается в опасном путешествии полагаться на преступные сети контрабандистов, которые никак не удается прикрыть.

Рост количества пунктов пограничного контроля подрывает Шенгенскую зону ЕС, которая создавалась как пространство без границ, а еще вредит торговле, перевозкам и туризму. Через политическое давление в Германии Ангелу Меркель, возможно, придется закрыть двери своей страны для беженцев, а это повлечет за собой закрытие границ по всему континенту. По мнению президента Европейской комиссии Жана-Клода Юнкера, конец Шенгена может вызвать обвал евро и даже распад единого рынка — одного из крупнейших достижений ЕС. Это преувеличение, но такая перспектива ставит под угрозу европейское сотрудничество в других отраслях и может оказаться для Союза, который и без того страдает от кризисов, крайне серьезным ударом.

Читайте также: Єзиди – народ, что исчезает

Кроме того, миграционная кризис играет на руку правым популистским партиям по всей Европе. В странах, на которые лег наибольший груз, нарастает волна насилия против иммигрантов: на прошлой неделе после ряда нападений на центры для беженцев глава германской полиции заговорил о «атмосферу погромов». В результате терактов в Париже и нападений иммигрантов на женщин в Кельне до токсической смеси прибавились терроризм и культурная нетерпимость. В некоторых частях Восточной Европы через ксенофобский национализм люди настроены против Германии. Все это тоже угрожает ЕС.

Но, пока европейцы грызутся между собой, ситуация с мигрантами остается крайне сложной. Зимой резко выросло количество погибших во время переправ в Эгейском море: за прошлый месяц во время переправы из Турции до Греции погибло или пропало без вести 365 мигрантов (см. «Жестокая стихия»). Следовательно, в январе количество зарегистрированных беженцев, которые ежедневно прибивались к греческих островов, упала до менее чем 2 тыс. (в октябре 2015-го их было почти 7 тыс.). Но тот факт, что Германия принимает ежедневно 3 тыс. мигрантов, свидетельствует, что на самом деле до Европы их прибывает больше. С наступлением весны поток беженцев однозначно вернется к пиковым показателям осени.

Большинство предлагаемых вариантов преодоления кризиса кажутся нереалистичными, аморальными или бессодержательными. Перспектива договоренности по Сирии сейчас далека как никогда. Последняя попытка начать мирные переговоры на прошлой неделе ни к чему не привела. В Ливии, через которую мигранты попадают в Италию, нет нормального правительства. В Европе заборы, возведенные политиками вроде венгерского премьер-министра Виктора Орбана, просто перекочуют проблему из одного места в другое. Но государства ЕС обязаны предоставлять убежище беженцам от войны. Они не могут разворачивать лодки с мигрантами от Греции (как, говорят, предложил один бельгийский политик). Кто-то настаивает на исключении Греции из Шенгена, но это никого не остановит, ибо она и без того не имеет сухопутных границ с другими странами Шенгенской зоны.

Тем временем планы, разработанные в Брюсселе, слишком амбициозны: они приводят только к ссорам между государствами ЕС, между тем поток мигрантов не останавливается. Единственное достижение квотного распределения лиц, ищущих убежища, между членами Евросоюза — возврат раскола между востоком и западом ЕС. Далеко и до признания решений одной страны Евросоюза о предоставлении тому или тому беглецу статуса беженца всеми другими (чтобы беженцы могли путешествовать по ЕС так же беспрепятственно, как и его обычные граждане).

Рост количества пунктов пограничного контроля подрывает Шенгенскую зону ЕС, вредит торговле, перевозкам и туризму

Зато приоритетом должно стать упорядочение потоков мигрантов. Это поможет перегруженным странам вроде Германии планировать прибытие и успокоит обеспокоенных граждан, которые не видят этому конца-края. Европе нужно также научиться более эффективно отличать беженцев, которые действительно могут претендовать на международную защиту, от искателей лучшей доли, которых в потоке беглецов становится все больше.

Такие меры в ближайшей перспективе помогли бы европейцам выиграть время на то, чтобы обеспечить защиту людям, которые его требуют, и выработать справедливые механизмы распределения миграционного нагрузки, чтобы наконец иметь возможность упорядоченно принимать больше беженцев.

Такая работа начинается в Турции. Во-первых, там уже есть 2,7 млн беженцев (в основном это сирийцы). Во-вторых, туда стекаются беженцы и мигранты с других направлений. Европейская стратегия должна состоять из двух частей. Одна иллюстрируется прошлогодней поспешной договоренности о преимуществах, которые Турция будет иметь в обмен на уменьшение потоков мигрантов. В частности, речь идет об обещании выделить €3 млрд ($3,3 млрд) на помощь беглецам и безвизовый режим с ЕС для турок в обмен на выполнение плана по возвращению беженцев из Европы в Турцию.

Щедрые уступки, предусмотренные этой соглашением, наверное, слишком масштабные учитывая то, что у Европы мало времени, ведь упомянутый документ должны будут одобрить все государства ЕС, а это вряд ли реально. Что касается средств, то Евросоюз с трудом их нашел на прошлой неделе, да и то только небольшую часть необходимой суммы. Впрочем, договоренность уже дала определенные плоды: турецкая полиция, которая борется с контрабандистами, арестовала 3,7 тыс. лиц. Но количество мигрантов, которые высаживаются на греческое побережье, не уменьшилась настолько, как надеялись европейцы.

Читайте также: От беженцев до футбола

Другие части договоренности могут оказаться результативнее. Недавно Турция ввела частичные разрешения на трудоустройство для сирийских беженцев. Если в результате десятки тысяч их смогут выйти из масштабного теневого сектора экономики страны, то некоторые будут иметь мотивацию не уезжать где-нибудь. Кроме того, Турция изменила визовые требования для Иордании и Ливана (откуда многие направлялся далее в Европу), следовательно, поток сирийских беженцев оттуда резко уменьшился.

Снять бремя с бедных

Чтобы нагрузка на эти страны не стало невыносимым, нужно сделать значительно больше. И это вторая часть европейской стратегии. Вместе Турция, Иордания и Ливан дают приют более 5 млн беженцев, в том числе 2 млн детей. Подавляющая часть из них бедные. Это серьезный материальный давление на упомянутые государства, поэтому их правительства всячески стараются не допускать беженцев на свою территорию. Сейчас в пустыне на границе с Иорданией прозябает около 20 тыс. сирийцев. Большинство из них страна отказывается впускать. Закрыл границы и Ливан.

Условия для беженцев в этих странах плохие и дальше ухудшаются, через что полна опасностей путешествие в Европу кажется не такой уж и страшной. Половина сирийцев в Иордании выражают желание покинуть страну. Прошлым летом из Ливана в Турцию приплило до 150 тыс. сирийцев — они надеялись ехать дальше в Европу.

4 февраля в Лондоне состоялась конференция доноров. Она имела целью обеспечить почти $9 млрд финансирования для региона. На прошлой неделе Британия пообещала выделить еще £1,2 млрд ($1,75 млрд). Деньги нужны для школ и инфраструктуры, сейчас перегруженной (как в Ливане, где не выдерживает система водоснабжения). Еще одно предложение — чтобы доноры потребовали от Иордании и Ливана снять ограничения на трудоустройство беженцев. Помощь европейских стран здесь может заключаться в открытии рынков. Если беженцы будут иметь стимул оставаться там, куда прибыли, то реже решаться на рискованное путешествие в Европу.

Перекрытия маршрута через Эгейское море сохранит жизнь беженцам и уменьшит доходы контрабандистов. Но движение в сторону Европы будет продолжаться, ибо уже есть устоявшиеся пути, крепкие контрабандистські сети и огромный спрос. Едва ли не две трети сирийцев, которые оказываются в Греции, попадают туда напрямую из Сирии, а не через Турцию, Иорданию и Ливан.

Поэтому толпы будут прибывать до Греции и дальше. ЕС в ответ пытается открыть «горячие точки» на пяти островах, где высаживается больше всего мигрантов. Но из всех этих центров обработки документов и регистрации должным образом функционирует только один — на острове Лесбос (и, говорят, один из шести, расположенных в Италии). Здесь мигрантов проверяют, берут отпечатки пальцев и проводят с ними собеседование. Переводчики смотрят, нет ли среди тех, кто называет себя сирийцем, самозванцев: чтобы повысить шансы на получение убежища, много других арабов заявляют, что они из Сирии. Удостоверение личности проверяют на подлинность под ультрафиолетовым светом. После этого выявленных північноафриканців везут в Афины, где они должны подать заявку на предоставление убежища или ждать депортации. Большинство других получают документ, с которым могут сами ехать в континентальной Греции. В основном они немедленно так и делают.

На других греческих островах местные жители не дают открывать пункты приема, потому что боятся, что это может повредить туризму. Теперь за начало работы остальных четырех центров (из пяти запланированных) ответственная армия. По словам чиновников, все они заработают до середины марта. Но не факт, что справятся с весенним всплеском миграции. К тому же мигранты часто избегают или обходят систему.

Читайте также: Сенсация, что бежит

Большая проблеа заключается в том, что регистрация не остановит потока мигрантов, если они не бояться депортации. С ноября чиновники на греческо-македонском границе пропускают только сирийцев, иракцев и афганцев, которые имеют надлежащие основания для получения убежища (см. «Откуда и куда?»). Другие страны, через которые проходят миграционные маршруты, начинают делать так же. В идеале планируется, что слухи о более строгий контроль распространятся и відохотять от путешествия других. Например, в сербском пограничном поселке Прешево раньше было немало выходцев из Черной Африки — теперь их там практически нет, за исключением нескольких сомалийцев. Через границу пытаются пробираться беглецы из Северной Африки, но им приходится обращаться к контрабандистам или в одиночку бродить по лесам и перелезать через ограждения. Кто-то становится жертвой ограблений или избиений. Многие из них открыто говорят, что едут в Европу в поисках лучшей жизни.

Усложнить пересечение границы — это одно дело. Но Германия и Европейская комиссия рассматривают возможность полного его закрытия между Грецией и Македонией. Министр иностранных дел Македонии Никола Попоскі говорит, что это сделать нереально, зато главное — перекрыть нелегальные маршруты. Но если закроются границы далее по маршруту, то в Македонии не останется выбора, если она не хочет быстрого скопления мигрантов на собственной территории.

Перекрытие границ для соискателей убежища может создать огромные пробки в Греции. Предложенная ЕС схема перемещения 66,4 тыс. беглецов из Греции и 39,6 тыс. из Италии имела бы решить проблему. Для брюссельских бюрократов этот план очень перспективный, поскольку дает возможность перейти от неконтролируемого потока беженцев до упорядоченного и равномерного перераспределения их по Европе. «Мигранты или беженцы не должны сами решать, куда им ехать», — убежден еврокомиссар по делам миграции Димитрис Аврамопулос.

Но пока что перемещено меньше чем 500 соискателей убежища. Страны ЕС отказываются выполнять свою часть и саботируют процесс бюрократией. Мигранты, которые соглашаются на переезд, часто плохо информированы. Например, эритрейцы из одной группы, готовясь выезжать из Рима в Швеции, рассказали журналистам, что не могут дождаться, когда выберутся из холодной Италии.

ЕС и дальше настаивает на своем, но даже самый оптимистичный прогноз не обещает ничего утешительного, если за закрытия северных границ Греции за короткое время там скопится огромное количество беженцев. Правительство страны планирует подготовить за несколько месяцев места для 40 тыс. мигрантов, но их может понадобиться гораздо больше. УВКБ ООН и государства ЕС готовят помощь. В ответ на сотрудничество Греции из Берлина и Брюсселя слышится осторожный шепот о том, что к ее гигантского государственного долга будут относиться снисходительнее, когда наступит время платить по счетам.

Но если и существует хотя бы один железный закон нелегальной миграции, то заключается он в том, что «закрытие границ меняет маршруты», даже если ими воспользуется меньшее количество людей. В ожидании закрытия северной границы Греции преступники из соседней Албании выискивают лазейки для перевозки беженцев где-нибудь. Зафиксировано увеличение потоков беженцев в Боснию через Сербию. Италия боится, что актуализируется центральный средиземноморский маршрут, что является опаснее путь через Эгейское море. Может увеличиться поток нелегалов в Норвегии или Финляндии через Россию. Сейчас вероятные варианты развития событий предсказать труднее, чем когда-либо ранее, считает Элизабет Коллетт из Европейского института миграционной политики (Migration Policy Institute Europe).

Похоже, что перспектива более жестких правил в Европе подгоняет многих мигрантов двигаться, пока не поздно. По словам одного сотрудника ЮНИСЕФ на македонском границе, «этот страх просто витает в воздухе. Они хотят пересечь границу как можно скорее». В прошлом году именно скорость движения не дала Греции задохнуться от наплыва мигрантов. Но никто не может с уверенностью сказать, что 2016-й будет лучше. По словам одного греческого чиновника, «речь может идти о миллионах людей». «Хоть каких экстренных мер мы предпримем, их все равно будет мало».

Опасная зона?

Один из способов разгрузить Грецию — ускоренная депортация оттуда некоторых мигрантов в Турции. Идея «срочного возврата» мигрантов, которым отказано в предоставлении убежища или которые решили не подавать соответствующих документов, воспринимается неоднозначно. Но достигнута договоренность между Грецией и Турцией о возвращении просителей убежища может работать, если первая квалифицирует вторую как «безопасную третью страну» для иностранцев, а и позволит им подавать прошение о полный убежище (сейчас это могут делать только европейцы). Теоретически процедура возврата может занять несколько дней. На практике все часто бывает сложнее. Это должно убедить выходцев из стран, в которых небольшие шансы получить убежище (как марокканцы или пакистанцы), поехать дальше в Европу из Греции не получится. Определенные источники сообщают, что Турция охотно принимать обратно таких лиц, но не сирийцев или афганцев, которых значительно больше.

Однако искателям убежища, которым отказано, но которые уже попали к желаемой страны, трудно. Кто-то из них исчезает, другие злоупотребляют лояльным законодательством. В Германии после отказа в предоставлении убежища три четверти просителей получают временное разрешение на проживание, часто на сомнительных основаниях вроде отсутствия паспорта или просто жалобы на посттравматическое стрессовое расстройство. Недавнее заявление Швеции о том, что 80 тыс. искателей убежища в этой стране, очевидно, подлежат депортации, — то скорее вопль отчаяния, чем план действия. А страны происхождения беженцев часто не соглашаются принимать назад своих же граждан — не в последнюю очередь потому, что они могут стать источником денежных переводов на родину. Поэтому не удивительно, что в целом в Европе депортируют лишь 40% иммигрантов, которым отказано в приюте.

Читайте также: Свои и чужие

Так где же выход? Просто паковать людей в самолеты не достаточно — греки поняли это еще в декабре, когда большинство из 39 пакистанцев, депортированных на родину, тамошние чиновники немедленно отправили обратно из Исламабада на сомнительных административных основаниях. Так же неоправданно много внимания уделяется бюрократическим изыскам в соглашениях о реадмиссии, наспех заключенных ЕС со странами происхождения мигрантов. Зато европейским государствам следует строить партнерские отношения со странами, что развиваются не только в рамках миграционной политики. Истории успеха в Европе — это, в частности, результат давних двусторонних отношений Британии и Пакистана, Испании и Марокко, Италии и Туниса.

Сосредотачиваться стоит на политическом, а не правовом аспекте. Немцы думают, каким образом использовать торговлю и внешнюю помощь как дипломатический рычаг и источник рабочих мест, особенно в отношении стран, которые живут на преданиях своих граждан из-за рубежа. Не лишние будут и более эффективные каналы легальной трудовой миграции. Кроме того, правительства могут совместно продавить соглашения о депортации со странами, из которых едут мигранты. ЕС работает над списком «безопасных стран», к которым, по мнению европейцев, можно возвращать искателей убежища. В прошлом году Германия минимизировала количество заявок на предоставление убежища от косоваров и албанцев, квалифицировав их как безопасные. На прошлой неделе ту же практику применили в Марокко, Алжира и Туниса.

Начинаем переселение

Богатые страны не должны рассчитывать на то, что бедные возьмут на себя равнозначно их нагрузки беженцев. Только наплыв беглецов начнет уменьшаться, Европа сможет сделать гораздо более амбициозную попытку переселить беженцев непосредственно из регионов, прилегающих к Сирии. Начать можно с 250 тыс. на год, основная масса при этом прибывать из Турции. Чтобы достичь такого количества, странам придется, вероятно, ввести снисходительнее критерии отбора. Какие-то государства, не исключено, захотят работать с Турцией напрямую, в обход УВКБ ООН — привычного посредника во время переселений. Кроме того, страны ЕС могут объединить усилия по идентификации и проверки кандидатов, что позволит им сэкономить время и деньги. Приоритетной задачей может быть воссоединение семей.

Таким странам, как Германия и Нидерланды, придется идти в авангарде процесса переселения; если повезет, за ними пойдут и другие. Неудачные попытки навязать релокацію силой из Брюсселя свидетельствуют о том, что квоты вызывают лишь возмущение. Но часть огромных нереализованных квот по релокации (то есть перемещение беженцев в пределах Европы) можно перевести в плоскость политически проще задача — переселение (то есть перемещения из-за ее пределов). Здесь значительно больше могут участвовать Великобритания и Франция.

Сделать больше позволит ряд международных конференций по вопросам беженцев, которые будут проводиться в этом году и закончатся саммитом в Нью-Йорке в сентябре. Богатые страны вроде Канады и Австралии могут поощрить Европу тоже приобщиться к процессу. Больше сирийских беженцев могут официально идти до государств Персидского залива в придачу к тем, что находятся там неофициально. Америка до ноября не приложится никак, но после, если будет соответствующая атмосфера на международной арене, помочь мог бы даже президент-республиканец.

А последствия бездействия известны: более жесткий пограничный контроль, более незаконной перевозки людей, бедственное положение беженцев. Если наплыв беглецов не уменьшится, Германия может потерять желание добиваться решения в пределах Европы и пойдет односторонним курсом, уже проложенным другими странами. Но поражает отсутствие понимания насущности проблемы среди европейских лидеров. Только Меркель, похоже, рассуждает с позиций, выходящих за пределы национальной политики.

Вполне возможно, что ситуация останется неизменной. Но более насущная реакция в интересах самих государств ЕС. Иначе страны, которые дорожат Шенгеном, могут оказаться за его пределами, а те, которые считали себя защищенными от миграции, — превратиться на битый путь для беженцев. Неспособность сдержать кризис будет иметь печальные последствия для Европы, что изо всех сил пытается сохранить целостность. Еще хуже будет беженцам, заботиться о которых — ее обязанность.

© 2011 The Economist Newspaper Limited. All rights reserved

Перевод с оригиналу осуществлено «украинской неделей», оригинал статьи опубликован на www.economist.com


Террористы ИГИЛ взяли на себя ответственность за взрыв в Манчестере
Террористы ИГИЛ взяли на себя ответственность за взрыв в Манчестере
07:22 2017-05-24 8

В ИГИЛ рассказали, как устроили теракт на концерте в Манчестере
В ИГИЛ рассказали, как устроили теракт на концерте в Манчестере
20:17 2017-05-23 20

В ИГИЛ рассказали детали об организации теракта на стадионе Манчестера
В ИГИЛ рассказали детали об организации теракта на стадионе Манчестера
18:23 2017-05-23 20

«Исламское государство» взяло ответственность за теракт в Манчестере
16:19 2017-05-23 16

Офицер из Новосибирска погиб в Сирии
07:22 2017-05-23 21

Названы темы неожиданных майских переговоров Путина и Макрона
20:15 2017-05-22 9

В Сирии погиб еще один путинский «ихтамнет»
16:15 2017-05-22 29

Все сирийские повстанцы покинули город Хомс
08:17 2017-05-22 12

«Мумия»: финальный удлиненный трейлер выдал «козыри» фильма
22:20 2017-05-21 16

Вася Обломов высмеял российское телевидение в новом клипе
21:22 2017-05-21 32