Нефтяная головоломка

15:55 2016-02-02 86

Рейтинг 3/5, всего 8 голосов

Нефтетрейдеры проявляют необычную внимание к островку Харк в 25 км от иранского побережья Персидского залива. На его підвітряному стороне несколько месяцев стоят заякорені с полдюжины огромных танкеров — их видно с орбитальных спутников благодаря установленным на палубах транспондерам. Чуть дальше вдоль берегов республики пришвартована еще одна флотилия огромных судов. На борту у них до 50 млн баррелей тамошней сырой нефти… не слишком нужной в мире, где ее нынче хоть залейся.

Снятие «ядерных» санкций с Тегерана 16 января выводит эти баррели на передний край его борьбы за возвращение себе части мировых нефтяных рынков, от которых он был отлучен почти все последнее десятилетие. Перспектива скорого появления иранских супертанкеров у европейских и азиатских нефтеперерабатывающих заводов (что перебьет поставки из Саудовской Аравии, Ирака и России) способствовала резкому снижению цен на главные мировые эталонные марки Brent и West Texas Intermediate (WTI) 20 января до самого низкого с 2003 года уровня; WTI подешевела на 6,7% и стоила менее $27 за баррель. Это самое заметное снижение в течение одного дня с сентября (см. «Скользкий склон»).

Падение открыло последнее действие драмы под названием «перипетии в нефтяной индустрии», через которую лихорадит глобальную экономику. Какие-то неполные 10 лет назад за черное золото боролись — преимущественно через неудержимый аппетит китайской экономики к сырью, поэтому в 2008 году цены превышали $140 за баррель. Поскольку государственные нефтяные гиганты вроде Saudi Aramco имели доступ к дешевых резервов, частные добытчики были вынуждены осваивать труднодоступные места (месторождения в Арктике, підсольові положи в Бразилии и глубоководные у побережья Анголы), причем запасы этих ресурсов, по оценкам, исчерпывались. Проникаясь тем, что в нефтяных тяжеловесов могут иссякнуть возможности для роста, инвесторы поощряли разведку ископаемых там, где добыча затратнее, проявляя одинаковый интерес к наращиванию производства и доходности. Теперь производителей пугает не дефицит, а скорее избыток нефти. Увеличения глобального предложения за последние пять лет на 4,2 млн баррелей за день от американской сланцевой индустрии (хотя это лишь 5% мировой добычи) оказало чрезвычайно большое влияние на рынок: оно сделало очевидными перспективы освоения огромных ресурсов, которые ранее считались труднодоступными. 19 января авторитетная в энергетических прогнозах Международное энергетическое агентство (МЭА) сделало серьезное предупреждение: нефтяной рынок может захлебнуться от перевидобутку.

В прошлом году в мире добывали 96,3 млн баррелей нефти за день, а употребляли лишь 94,5 млн. Поэтому каждый день около 1,8 млн баррелей попадало на хранение в резервуары, которые заполняются очень быстро. Сейчас строят новые хранилища, однако избыток нефти переполнит и их. Единственный способ сохранять эти лишние баррели — в танкерах в море, как это делают иранцы возле острова Харк, ожидая восстановления спроса.

Читайте также: Цены нефти и рубля возобновили падение

Для нефтепроизводителей это тревожная перспектива, но предупреждения вроде сделанного МЭА зачастую остаются без внимания. Следовательно, возникают две проблемы. Когда в ноябре 2014-го Саудовская Аравия заставила ОПЕК продолжать добычу, несмотря на спад цен, она надеялась быстро вытеснить из бизнеса американских и прочих конкурентов, которым продуцирование черного золота обходилось дороже. Аналитики, впрочем, ожидали, что цены резко повысятся после снижения. Нефтяные компании с тех пор временно приостановили инвестиции в новые проекты в целом на $380 млрд, но дна пока не видно. Сколько-нибудь заметного восстановления цен на нефть не прогнозируют теперь минимум до 2017 года.

Другая загадка — влияние надвидобутку на экономику. Дешевле горючее должно было бы стимулировать в мире ее рост. Нафтозалежні отрасли промышленности должны были бы стать прибыльными, а выгода для стран-потребителей — перевесить расходы стран-производителей. Но пока что в 2016 году 28-процентный обвал цен на нефть совпал с хаосом на мировых фондовых биржах. Складывается впечатление, будто рынки опровергают традиционное мнение о экономические выгоды от дешевых энергоносителей или же доводят: рост планетарной экономики настолько хилое, что даже от избытка нефти пользы мало.

Первая причина настроенности «на понижение» — Иран. Он обещает немедленно увеличить добычу до 500 тыс. баррелей за день, когда другие члены ОПЕК, как Саудовская Аравия и Ирак, уже и так качают нефть рекордными темпами. Даже если полмиллиона — это слишком оптимистично, ожесточенное соперничество между Тегераном и Эр-Риядом все равно не дает оснований надеяться, что эти три страны-производители договорятся о дисциплине добычи, которой ОПЕК регулировала цены в прошлом.

И даже если бы последняя и попыталась восстановить влияние, ей это вряд ли удалось бы, ведь в нефтяной индустрии произошли некоторые существенные изменения. Благодаря производителям сланцевой нефти, которые пользуются технологиями, которые разворачиваются быстрее и дешевле, чем традиционные буровые установки, отрасль стала более предприимчивым. Значительное обесценение национальных валют относительно доллара помогало проблемным странам (России, Бразилии и Венесуэле) поддерживать объемы производства, ведь доходы, конвертированные в национальную валюту, значительно превышали расходы. А все более угрожающая для нефтедобытчиков перспектива мер, которые должны предотвратить изменения климата, побуждает некоторых качать как можно больше, пока можно.

ОПЕК уже не впервые переоценивает эффективность тактики, которая в эпоху рокфеллеровской Standard Oil называлась «изрядно попотеть»: попытки залить рынок дешевой нефтью, чтобы вытеснить конкурентов из бизнеса. В середине 1980-х члены нефтяного клуба пытались низким ценам навредить видобувникам в Северном море и вернуть себе долю рынка за счет соперников, но не смогли, потому что в итоге начали топить друг друга, ослабляя цены еще больше. Понадобилось несколько лет, чтобы нефть подорожала до прежнего уровня.

Это старый просчет. Дэниел Єрґін в книге «Трофей» («The Prize»), писал о «явление» огромного перевидобутку, цитирует американское научное источник еще в 1926 году. «Нефтяные компании сделали себе харакири, выкачивая такие объемы сырья, — писал ученый. — Все видели выход, но никто не хотел им воспользоваться. Выходом, конечно, было уменьшение добычи».

Но решение не останавливать работу вышек объясняется еще одним, не таким самоубийственным, аргументом. Одной из особенностей прошлогоднего нефтяного рынка была неуязвимость американских производителей сланцевой нефти до низких цен. От середины 2015-го в ответ на снижение цен сланцевая отрасль ограничила скачивания более 400 тыс. баррелей за день. Тем временем добыча нефти в США в течение целого года все равно не переставал расти сильнее, чем в любой другой стране. По данным МЭА, Америка добывала еще по 900 тыс. баррелей за день.

В течение 2015-го буровых вышек в Соединенных Штатах уменьшилось на 60 с лишним процентов. В привычной ситуации это воспринималось бы как серьезный признак падения добычи. Но бурение скважин — это одно, а гидравлический разрыв пластов («фрекинг») — совсем другое. Норвежская консалтинговая компания Rystad Energy отметила в конце прошлого года: количество фрекінгових скважин до сих пор растет, что и объясняет стабильность добычи сырья.

Представители нефтяной отрасли используют еще и другие инновации, чтобы черное золото в дальнейшем лилось рекой: закачивают в разрывы больше песка для улучшения утечки; применяют более совершенные приемы сбора данных с небольшими командами для экономии средств. Вливание денег в их компании прекратилось. В некогда шумных городках нефтяников, где три года назад стриптизерши получали сотни долларов за ночь, выступая перед вахтовиками, ныне пустуют стоянки для трейлеров, а окна офисов и предприятий забиты досками. Но нефть не перестает протекать. Даже на некоторых из старейших сланцевых месторождений, как «Баккен в Северной Дакоте, в ноябре добыча была на том же уровне, что и более год раньше.

Читайте также: Нефть из США впервые за 40 лет начала поступать в Европу

Кроме того, сланцевая индустрия воспользовалась преимуществами финансовых инструментов. В прошлом году по меньшей мере половина задействованных в отрасли фирм хеджувала ценовые риски для защиты доходов. Кто-то все-таки обанкротился, но большинству удалось уговорить банкиров продолжить кредитование, по крайней мере так было до нынешнего кризиса.

Удержаться на плаву дольше, чем ожидали, повезло не только сланцевикам. Подобное можно сказать и о тех, кто ведет добычу в более затратных регионах, таких как нефтеносные пески Канады или підсольові месторождения Бразилии. Страна Кленового Листа, чья эталонная марка низкого качества West Canada Select торгуется сейчас ниже $15 за баррель, — это одно из государств, не входящих в ОПЕК, которая, по прогнозам, больше всего будет способствовать увеличению мирового предложения нефти в этом году. То же касается и Бразилии, несмотря на внешний долг и коррупции в государственной нефтяной компании Petrobras.

Тем временем масштабные нефтяные концерны заявляют о намерении сократить десятки тысяч рабочих мест и уменьшить инвестиции на миллиарды долларов, но и им не хочется отказываться от проектов, способных улучшить добычу в будущем. Англо-нидерландская Shell удивила, когда отказалась от освоения месторождений Арктики и выкачивание тяжелой нефти в Канаде, но ее текущий добычу на уровне 2,9 млн баррелей в день в 2015-м лишь немного не дотягивал до 3,1 млн за год до того. В целом в отрасли пытаются держать добычу на «максимально неизменном уровне», если инвестиции уже освоены, — рассказывает финансовый директор Shell Саймон Генри. По его словам, иногда остановка производства обходится дороже, чем продолжение добычи за низких цен, из-за затратности консервации скважин.

По словам аналитика консалтинговой компании Wood Mackenzie Саймона Флаверса, даже по цене $30 за баррель покрыть эксплуатационные расходы не может лишь 6% мирового производства. Бурить новые глубоководные скважины по цен до $60, может, и не оправдано, считает он, но подовження эксплуатации уже готовых колодцев, не исключено, будет экономически обоснованным даже при гораздо более низких прайсов (см. «Сырые подсчеты»). Кто такой устойчивостью нефтяной отрасли оправдывает прогноз относительно «сохранения низких цен на долгое время».

Теоретически длительный период дешевой нефти должен стимулировать глобальную экономику. Мир выступает одновременно и производителем, и потребителем: убытки добытчиков и выгоды потребителей от спада цен в итоге дают ноль. Обычно дополнительные расходы импортеров черного золота превышают экономию на расходах экспортеров, следовательно, совокупный мировой спрос удерживается.

Страны, где последнего года наблюдался наибольший рост ВВП, в частности Индия, Пакистан и западноафриканские, действительно импортируют нефть. Кроме того, трудно объяснить оживление бизнеса через увеличение потребительского спроса в еврозоне, не предполагая положительного эффекта от удешевления нефти. В последнем прогнозе МВФ, опубликованном 19 января, несколько крупных экономик, которым посчастливилось избежать снижения оценки роста ВВП (Китай, Индия, Германия, Великобритания, Испания и Италия), были исключительно импортерами черного золота.

Где же золотые горы?

Однако это предположение может быть оправдано не везде. Америка одновременно и крупный производитель, и потребитель нефти. В начале 2015 года банк JP Morgan прогнозировал, что дешевая нефть поднимет ВВП примерно на 0,7%; это означает увеличение покупательной способности потребителей, эквивалентное 1% ВВП с поправкой на незначительное торможение от ограничения инвестиций в нефтяную отрасль. Сейчас оценка JP Morgan — между уменьшением на 0,3% и увеличением на мизерные 0,1%. Как вариант объяснения: потребители могут держать под матрасом больше доходов, накопленных за период нефтяной лихорадки, чем казалось вероятным, а доля связанных с нефтяной отраслью капитальных расходов в совокупных инвестициях до бизнеса США, которая до этого стабильно росла несколько лет подряд, уменьшилась наполовину (см. «Исчерпана энергия»).

Если учесть еще и косвенные последствия замедления нефтяной промышленности, то чистый эффект от удешевления сырья может не дотянуть даже до самых пессимистичных оценок JP Morgan. Нечто подобное пережила американская MSC Industrial Supply Company, дистрибьютор промышленных железно-скоб’яних изделий, электрического инструмента и ремонтного оборудования. Она не зависит напрямую от нефтяников, но в этом месяце ее президент Эрик Дэвид Ґершвінд заявил, что негативные последствия нефтяных потрясений заметно отразились на продажах: «Косвенное влияние, по моему мнению, захватил всех врасплох, не только в MSC, но и в целом в экономике, и это очень неприятно».

Ничего удивительного, что больше всего красного чернил в последнем варианте своего прогноза МВФ приберег для стран, где разведка месторождений и добыча нефти играют значительную роль в экономике Бразилии, Саудовской Аравии, России (и некоторых ее нефтедобывающих соседей), а также Нигерии. Слабый спрос давит на их госбюджеты.

РФ в ответ на снижение цен на сырец заявила об очередном уменьшении государственных расходов — на 10%. В Нигерии нефтяная отрасль дает 70% фискальных поступлений. Когда сырье резко подешевело в 2008-2009 годах, страна смогла продержаться благодаря сбережениям, накопленным в нефтяном стабилизационном фонде. Но в июне президент Мугаммаду Бугари заявил, что казна «фактически пуста». В Саудовской Аравии карманы глубже, и, когда в прошлом году дефицит бюджета достиг 15% ВВП, даже ей пришлось урезать госрасходы.

Бывший расчет, что такие страны могут выравнивать расходы в дальнейших фазах ценового цикла, начал давать сбои. Кроме того, производители черного золота в основном тратили накопленные нефтедоллары активнее, чем до того, а потому сейчас вынуждены минимизировать бюджет. Это лишь усиливает тенденцию уменьшения инвестиций в нефтяной отрасли.

Читайте также: Известное рейтинговое агентство изменило прогноз цен на нефть и газ

И сильнее беспокоит роль удешевление нефти в нестабильности финансовой системы в мире. Через низкие процентные ставки в США и Европе после 2009 года инвесторы из богатых стран потянулись к молодым рынкам, вызвав там кредитный бум. Корпоративный долг развивающихся стран вырос с 50% ВВП в 2008 году до 75% в 2014-ом. Но новейшая история учит, что быстрое нарастание долга заканчивается неприятностями. А он значительно примноживсь и в нефтегазовой индустрии, вслед за сектором строительства, — это свидетельствует последний «Отчет о глобальной финансовой стабильности» МВФ. Уменьшение нефтяных прибылей затрудняет обслуживание долговой нагрузки.

Когда цена нефти в 2008-2009 годах обвалилась, страны-производители смогли снизить процентные ставки и взять кредиты за рубежом, чтобы поддержать спрос. Сейчас инвесторы рисковать не торопятся. Сворачивание программы Федеральной резервной системы по скупке государственных облигаций («количественное смягчение») в 2014 году и недавнее повышение процентных ставок снова начали привлекать финансы в Америку, укрепив доллар и сделав жестче условия в глобальной монетарной системе.

Нафтовиробникам, особенно в Латинской Америке, приходится переходить к более жесткой внутренней монетарной политики для обуздания инфляции, частично вызванной обвалом национальных валют. Центральный банк Бразилии сохраняет высокие процентные ставки, несмотря на глубокую рецессию экономики. Финансовые регуляторы Колумбии и Мексики подняли ставки в декабре. Такая же напряженная ситуация наблюдается в богатых нефтью Нигерии и Анголе — соответственно крупнейшей и третьей по объемам экономиках Черной Африки. Более благоприятные финансовые условия несколько лет после 2009-го создавали в политиков континента, по мнению Стюарта Калвергауса, исполнительного директора брокерского дома Exotix, ложное ощущение устойчивости.

Похоже, инвесторы меняют подход к оценке рискованных активов и в богатых странах. Это в равной степени реакция на опасения относительно прочности китайской экономики, и на убытки, которые может нанести резкий обвал цен на черное золото. Страх перед недисциплинированными заемщиками в нефтяной отрасли обусловил в конце прошлого года резкий рост процентных ставок по их облигациям на американском «мусорном» рынке. Вслед за ними поползла вверх и доходность «мусорных» облигаций других заемщиков. Растут даже проценты по облигациям с инвестиционным рейтингом.

«Медведи» на фондовых биржах торопятся напомнить, что за более высокие реальные процентные ставки на корпоративные облигации труднее объяснить повышенные цены акций. Центральные банки богатых стран боятся, что длительный период почти нулевой инфляции создает впечатление, будто цены будут оставаться на одном уровне бесконечно долго. Но реальная ставка процента возрастает, когда ожидания инфляции снижаются, поэтому политикам трудно реагировать на нынешний тренд, так как инфляция уже и так близка к нулю.

От начала этого года шок через предложение нефти из Ирана накладывается на испуг, связанную со спросом в Китае. Беспорядочные попытки Поднебесной регулировать свой фондовый рынок и валюту вызвали опасения за экономику, а те отразились и на рынке нефти. А когда начался хаос на мировых финансовых площадках, усиливается страх уже и за устойчивость глобальной экономики. Это, в свою очередь, порождает беспокойство по поводу

будущего спроса на нефть.

Читайте также: The Economist: В 2016 году мировое потребление энергии вырастет на 2,5%

Макроэкономические проблемы на первом месте, но есть еще и микроэкономические. Снижение субсидий на топливо в некоторых странах-нафтовиробниках (для уменьшения бюджетного дефицита) побуждает автовладельцев меньше пользоваться машинами. Китай заявил, что не допустит удешевления бензина синхронно с нефтью ниже $40 за баррель, поэтому там следует ожидать аналогичной тенденции. Даже в Соединенных Штатах потребление бензина уже не настолько зависит от цен на нефть, как раньше. По мнению аналитиков, это отчасти объясняется появлением более экономичных автомобилей.

Зеленое и черное

После декабрьского климатического саммита в Париже некоторые авторитеты убеждены, что нынешний нефтяной кризис отражает структурное изменение в потреблении, вызванное экологическими мотивами. И действительно, со сменой екосвідомості нефтяные компании сосредотачиваются больше не на черном золоте, а на газе, надеясь использовать его как энергоноситель вместо каменного угля. Но еще, пожалуй, рано предполагать, что эра нефтяного

двигателя заканчивается.

Скорее всего, цена нефти в конце концов достигнет какого-то дна и, если этот цикл будет подобен предыдущим, после того резко подскочит за недостаточный уровень инвестиций в резервы и через естественное истощение имеющихся скважин. Однако будут отличаться последствия. Ведущий сотрудник Центра глобальной энергетической политики при Колумбийском университете Антуан Галф 19 января заявил американским сенаторам, что сланцевая нефтяная индустрия со своей уникальной структурой расходов и кратким экономическим циклом может подорвать рассчитаны на долгий срок инвестиции в высокозатратные традиционные нефтяные месторождения. Именно разработчики сланцев, а не саудиты вполне могут стать компенсирующими производителями для мира.

В таком случае перед большими нефтяными фирмами предстанут определенные экзистенциальные вопросы. Стоит ли им в будущем работать как раньше, щедро финансируя дорогостоящие и амбициозные проекты в труднодоступных районах, рискуя накопить «несгораемые» запасы в случае ухудшения экологии? Или лучше начать инвестировать свои прибыли в сланцы или какие-то «более зеленые» технологии? Или, возможно, возвращать прибыли акционерам, как это сделали некоторые табачные компании, что станет началом конца эры ископаемого топлива? Хоть бы они выбрали, конец эпохе нефтяных потрясений еще далеко.

© 2011 The Economist Newspaper Limited. All rights reserved

Перевод осуществлен с оригинала «украинской неделей», оригинал статьи опубликован на www.economist.com


Pа последний час новости о войне в Сирии: СМИ сообщили о планах проверить изготовителя тросов для «Адмирала Кузнецова»
Pа последний час новости о войне в Сирии: СМИ сообщили о планах проверить изготовителя тросов для «Адмирала Кузнецова»
08:28 2016-12-06 38

Cводки Алеппо и карта сейчас, 07 декабря Самыми обсуждаемыми фигурами в России в 2016 году стал президент и британский актер — данные Twitter
Cводки Алеппо и карта сейчас, 07 декабря Самыми обсуждаемыми фигурами в России в 2016 году стал президент и британский актер — данные Twitter
08:27 2016-12-06 12

Pа последний час новости о войне в Сирии: Сеть насмешил украинский след в крупном военном конфузе Путина
Pа последний час новости о войне в Сирии: Сеть насмешил украинский след в крупном военном конфузе Путина
08:27 2016-12-06 30

Сирия 07 декабря 2016: Военные впервые рассказали о боевых «Катранах» для «Адмирала Кузнецова»
08:27 2016-12-06 31

Cводки Алеппо и карта сейчас, 07 декабря Россия использует единую тактику в Сирии и на Донбассе
08:26 2016-12-06 24

Сирия 07 декабря 2016: РФ и Китай ветировали резолюцию Совбеза ООН по перемирию в Алеппо
08:26 2016-12-06 17

Россия и Китай отвергли усилия ООН по перемирию в Алеппо
07:17 2016-12-06 8

РФ и Китай заблокировали резолюцию ООН о перемирии в Алеппо
03:16 2016-12-06 11

Россия и Китай ветировали резолюцию Совбеза ООН по перемирию в Алеппо
01:16 2016-12-06 12

Дебютную игру Бойко в Примере оценили очень низкой оценкой
20:22 2016-12-05 12