Кинга Нендза-Сиконьовська: «Ирония и смех являются лучшими средствами борьбы с остатками тоталитаризма»

10:33 2016-03-22 61 декоммунизация иза памятник Польша также

Рейтинг 2/5, всего 6 голосов

Какие изменения произошли в Польше в городской среде после 1989 года?

— Сначала хочу подчеркнуть, что в ПНР не было столько памятников Ленину, как, например, в Украине. Случались также символические монументы «народной власти» и польских деятелей Юлиана Мархлевского, Болеслава Берута и других, но по сравнению с СССР или другими странами восточного блока их было значительно меньше.

Декоммунизация публичного пространства в Польше началась в 1989 году, и важным символом этого процесса было снятие памятника нашему соотечественнику Фєликсу Дзєржинскому на Банковой площади в Варшаве. Это дало толчок волне свержения монументов по всей стране. Того самого года убрали памятник Ленину в районе Новая Гута в Кракове, а в 1991-м — маршалу Ивану Коневу, которого коммунисты изображали как спасителя города, что предотвратил разрушением якобы заминированных фашистами важнейших исторических памятников города. Однако не все памятники уничтожили. Ленина купил шведский эксцентричный мультимиллионер и поместил его в городке особенностей под Стокгольмом. А Конева передали России. Тогда же упал памятник Погибшим при службе и обороне Народной Польши в столице, который поставили во время военного положения и который не терпели варшавяне, называя его презрительно «Убелиском» от Управления безопасности.

Таким образом этот первый, несколько стихийный период свержения памятников произошел не за несколько месяцев, а длился в течение определенного периода.

Читайте также: Кукушкино яйцо: сталинский «подарок» Варшаве

Каким образом памятники исчезали из городского пространства? Что произошло со статуей Дзєржинского?

— Не всегда официальным поводом для устранения памятника была декоммунизация. В частности, разборкой памятника Фєликса Дзєржинского в Варшаве руководила Воеводская дирекция городских дорог из-за необходимости перенести его в связи с работами во время строительства метро. Вероятно, таким образом хотели не допустить, чтобы энтузиазм проявил толпа, который стремился наконец избавиться Дзєржинского. Поэтому официально статую должны были просто перенести, но не ликвидировать. Однако, когда кран поднял статую, она моментально рассыпалась, ведь была сделана не из бронзы, а из дешевого бетона. Фєликс оказался совсем не железным. И именно в этот момент двинулась толпа зевак и довершила дело.

А каким образом удалось сдержать волну уничтожения коммунистических памятников? Которые тогда царили настроения в обществе?

— После этой первой волны уничтожения памятников и переименования улиц, очень стихийной и позитивно оцениваемой обществом, радикальные настроения, естественно, стали угасать. Закончился этап революционного пафоса и началась новая действительность, в которой люди перестали нуждаться в такого типа декоммунизации. Ведь памятники уже снесли, а улицы с самым агрессивным идеологическим окрасом переименовали.

Не меньшей проблемой до сих пор есть большие средства, которые нужны для изменения документов в случае переименования улиц. И поэтому чаще всего именно жители, а не бывшие коммунисты или «убеки» выступают против этого. Поэтому после «патриотического подъема», что сопровождалось борьбой, конспирацией и богослужениями за родину, общество окутала будто усталость. Правительство Яна Ольшевского, который был у власти всего полгода, осуществлял активную декоммунизации, но молодежь в сложной экономической ситуации больше интересовалась построением капитализма «путем в Европу», чем занималась наследием тоталитаризма.

Читайте также: «Восточные кресы»? Что знают в Польше об Украине

А впрочем, тема памятников постоянно возвращалась и возвращается. Большой резонанс вызвал снос 2011 года памятника Советско-польскому братству по оружию в Варшаве, или, как его называли в народе, «четырем, что спят», опять в связи с — парадоксально— строительством метро. Люди разделились: одни хотели его возвращения, другие были против этого. Окончательно памятник не вернулся на свое место.

Как переименовывали улицы и на самом ли деле все коммунистические названия было изменено?

— Почти сразу после смены строя стали менять названия улиц по всей стране на связанные с «Солидарностью», с именем Папы Римского Иоанна Павла II или именами антикоммунистических деятелей, просто важных исторических фигур или творцов культуры. Возвращали также исторические наименования, которые были изменены после прихода коммунистов. Часть просто видоизменяли, чтобы только устранить их пропагандистскую окраску. Например, аллея Польско-советской дружбы в

Новой Гуте в Кракове стала аллеей Дружбы, улицы 1 мая превращались на 3 мая, День Конституции 1791 года, Народной армии — Армии Краевой и тому подобное. Однако переименовали не все. До сих пор в польских городах можно найти памятники и названия улиц эпохи ПНР.

Какую роль в декоммунизации пространства в Польше сыграли государственные институты? Или этому предшествовала общественная дискуссия?

— Решение об изменении названий улиц принимает местная власть. Однако Институт национальной памяти может предлагать — и делает это — внести определенные изменения, указав на преступное прошлое фигуры деятеля, именем которого названа улица. Стоит отметить, что это не главная функция ИНП, хотя его миссия является также образовательной. Прежде всего упомянутая институция призвана проводить исторические исследования преступлений, совершенных в отношении польского народа в ХХ веке (как коммунистических, так и нацистских). Поэтому ожидаем от них, чтобы они были прежде всего историками, а не политиками.

Если говорить о декоммунизации наших городов в начале 1990-х, кажется, что она происходила все же в атмосфере возвышенной дискуссии как наверху, так и на местах. Однако даже сегодня споры о переименовании улиц, которые время от времени возникают, имеют характер собственно дискуссии, порой весьма острой. Сейчас именно происходит дискуссия в Красныстав вокруг улицы Стефана Окшеи. Группа, связанная со средой лиц, репрессированных во времена военного положения, хочет назвать ее в честь Папы Римского Иоанна Павла II. Есть и те, кто стремится сохранить старое название. В ходе дискуссии оказалось, что Окшея был социалистом, но предвоенным, поэтому не имел ничего общего с военным положением и преступлениями ПНС. Таким образом, этот спор вызвала интерес лицом Окшеи, который был не только социалистическим деятелем, но и борцом за независимость, погиб от рук царизма.

Читайте также :Красивая незнакомка рядом

Однако стоит ли сносить памятники после длинного периода?

— По мнению некоторых правых сред, однозначно так. К сожалению, часто чрезмерная ревность приводит к попыткам убрать из пространства памяти заслуженных лиц очень важны для Польши события, которые просто не вписываются в их видение страны. Поэтому тема социалистического прошлого превращается в политический спор. Дискуссии касаются неоднозначных лиц, в частности Брунона Ясенскому, который был не только коммунистом, но и поэтом, который сделал весомый вклад в польскую культуру. Кроме того, социалистические памятники — это часть нашей истории, а потому некоторые из них стоит сохранить как произведения искусства или памятники прошлого. И некоторые из них уже попали в Музей соцреализма, созданного в Козловци. Это дворцовый комплекс, который находится к северу от Люблина, в котором хранится коллекция плакатов и статуй прошлой эпохи.

В Яблонци на Подкарпатье сохранился памятник социалистическому генералу «Вальтеру» Каролю Сверчевському. Во времена декоммунизации музей был ликвидирован, но сам монумент не позволили убрать жители.

— Это не единственный памятник, который сохранился. В Польше еще много так называемых монументов благодарности Красной армии. Поскольку их часто устанавливали на кладбищах, они не бросались в глаза. В то же время важно помнить, что мы имеем развитый культ кладбищ. Поэтому одно дело — уничтожить памятник, а другая — могилу. Последнее в нашей культуре считается святотатством, хотя случаются и такие случаи. Часто на волне декоммунизации является стремление разрушить все из прошлой эпохи, потому что оно кажется очень опасным, таким, что негативно влияет на общество. Это своеобразная стихия улицы, что хочет многое изменить и соответственно много разрушить. Однако и в таком случае видим уважение к погребению.

Программа молодых польских левых, в частности тех, которые сплачиваются вокруг партии «Вместе» и являются антикоммунистами и сторонниками независимости, основывается на польской традиции рабочего движения перед ПНС. Поэтому они не продолжают партийной системы ПНС, в отличие от скомпрометированных на последних выборах «старых левых» (партия «Союз демократических левых», SLD). И большое значение уделяют памятникам деятелям предвоенного рабочего движения. В Кракове сохранился монумент Вооруженной действия пролетариата, к которому они регулярно возлагают цветы. Таким образом пытаются вернуть полякам часть нашей истории, зинструментализованои Москвой и присвоенной пеенеривськими деятелями.

Интересной является также борьба за память о месте, где в 1936 году полиция подавила забастовку на заводе «Семперит». А через два дня после того по протестующим был открыт огонь, вследствие чего погибло восемь рабочих. На аллеях Планты в центре Кракова, на углу улиц Башенная и Госпитальная, содержится камень в память о жертвах тех рабочих столкновений, который установил коммунистическое правительство для легитимизации своей власти, ссылаясь на историю предвоенного рабочего движения. После 1989-го деятели поставили рядом крест с надписью «Жертвам коммунистической провокации», в определенной степени снимая ответственность за эту трагедию с довоенного польского руководства.

Стоит также отметить, что среди памятников эпохи ПНР были и настоящие произведения искусства. Речь идет, например, о известный «Орган» выдающегося художника Владислава Гасьора. До сих пор контроверсии вызывает не только факт, что произведение был посвящен «строителем народной власти на Пидгалли», но и нетипичная форма — металлические скобы высотой несколько метров, которые возвышаются над красивым горным пейзажем и призваны, по замыслу автоа, издавать звуки при подувах ветра. Поиржавилу металлическую конструкцию после многочисленных споров все-таки отремонтировали, а ее идеологическую название изменили.

Читайте также: Маркус Шефер: «Город — это термоядерный реактор, в котором происходит взаимодействие между различными индивидами»

А иногда смысл памятника изменяет юмор и социалистический по замыслу объект становится, по сути, символом декоммунизации. Лучший пример — огромный по размерам памятник революционным боям в Жешуве. Сегодня это символ города. По своей форме у всех он ассоциируется с женскими половыми органами, таким образом высмеивая коммунизм. Вы согласны?

— Да, конечно, ирония и смех являются лучшими средствами борьбы с остатками тоталитаризма. Однако для этого нужны безопасность и отсутствие страха. Сейчас в Польше такое уже возможно. В прошлом году мы отмечали 60-летие Дворца культуры и науки в Варшаве. Это здание, ассоциировалась с зависимостью от Москвы, в стиле сталинских высоток, «межевого знака» распространение после войны советской власти. Темное прошлое сегодня мы преодолеваем не с помощью патриотического пафоса, а собственно через смех. По случаю годовщины состоялись концерты, спектакли, вышли публикации, даже сделали проекцию игры «Тетрис» на стене дворца! Каждый имел возможность взять управлять цветными окнами колоса. Варшавяне полюбили это здание, которая наполнилась для них новыми значениями.

Смех — это лишь один из способов, есть и другие. Архитектор Адольф Шишко-Богуш спроектировал в 1930-х годах вход в гробницы Пилсудского и до королевских могил с балдахином, опирающимся на колонны, взятые из собора Александра Невского. Бронзу вытопили из австрийских пушек, цоколь — из памятника Бисмарку. Это было символическое сочетание трех разделов Польши, знак нововидродженои государства. В прошлом году на Венецианском биеннале польский павильон напоминал этот балдахин, только поделен так, будто взлетал над колоннами. Все говорили: с таким сугубо польским закрытым контекстом никто этого не поймет, но он получил награды. Важно также реинтерпретировать древние знаки, указывая на их скрытый смысл. Произведения пропаганды — это лучшие учителя истории. В контексте переосмысления коммунистического наследия и реконструкции идеологических смыслов интересны пеенеривськи сериалы о войне, в частности «4 танкиста и собака», «Ставка больше, чем жизнь» про Ганса Клосса, что вписывается в поп-культурную память видение Второй мировой войны: советская дружба, которая объединяет против врага — немца.

Эти сериалы до сих пор очень популярны, но есть опасность, что скрытый в них пропагандистское содержание затушує настоящий образ войны. Поэтому важные дискуссии для реконструкции таких фильмов, ведь они могут быть чрезвычайно ценным учебным материалом. Следует обратить внимание, например, на то, каким образом Янек оказался в Сибири, ведь оттуда он поехал в Народной армии, а Шарик мог быть потомок собаки из лагеря (ибо откуда такая породистая овчарка в сибирском лесу?). В Музее Варшавского восстания есть один зал, посвященный отношениям с Красной армией отношениям сталинизма. Там показывают фрагмент этого фильма, в котором видим, как четыре танкиста добираются до нынешней границы с Польшей по Бугу и радуются, что, собственно, дошли туда и освобождают страну. А откуда они должны были знать, что именно здесь будет эта граница? Ведь перед войной он пролегал далеко на востоке.

Какую роль в декоммунизации сыграло чувство народной самобытности?

— Борясь с коммунизмом, люди чувствовали единство, но это единство против общего врага. А на самом деле в оппозиционном движении существовал большой раздел, который в начале 1990-х имел большое влияние и сказывается сегодня. Поэтому до сих пор идут споры о нашей истории, затрагиваются вопросы памятников и названий улиц. Однако все же народ Польши имеет общую основу, в стране царит единство в том, что касается потери суверенитета после Второй мировой войны. За эту суверенность боролась «Солидарность», и после ее получения все мы хотели, чтобы это сказалось на нашем пространстве. Внезапная волна «папских» и «солидарнисних» названий отражает приподнятое настроение того времени. Сегодня уже другое время и новые дискуссии, и споры вокруг названий улиц также отражают эти процессы. Наверное, этот процесс и не закончится, ведь история продолжается.


Меланья Трамп: Я очень горда служить США
Меланья Трамп: Я очень горда служить США
06:15 2017-01-22 6

Глава МИД Германии назвал избрание Трампа концом миропорядка ХХ века
Глава МИД Германии назвал избрание Трампа концом миропорядка ХХ века
05:00 2017-01-22 5

Ругань Мадонны в адрес Трампа заставила телеканалы прервать трансляцию «Марша женщин»
Ругань Мадонны в адрес Трампа заставила телеканалы прервать трансляцию «Марша женщин»
02:25 2017-01-22 11

В Раду внесен законопроект об исключительности украинского языка
01:40 2017-01-22 13

В результате взрыва в лагере сирийских беженцев погибли 11 человек
01:17 2017-01-22 8

Трамп считает, что СМИ занижают число присутствовавших на инаугурации
00:15 2017-01-22 12

Сборная России по гандболу проиграла Словении и завершила выступление на ЧМ
00:00 2017-01-22 8

Первая международная встреча президента Трампа пройдет с Терезой Мэй
22:50 2017-01-21 9

Charlie Hebdo получит иск за карикатуру на трагедию в Абруццо
22:25 2017-01-21 11

Международный союз биатлонистов сообщил о полном оправдании 22 россиян
22:05 2017-01-21 12