Мелкие радости

15:22 2016-04-29 56 война все гарантия граница знакомый

Рейтинг 2/5, всего 5 голосов

Чтобы выехать куда-то, нужно иметь ну очень вескую мотивацию. Большое-пребольшое желание перемещаться в пространстве без каких-либо гарантий относительно времени прибытия или комфорта в дороге. Нужно только хотеть ехать, а на все остальное смотреть крайне спокойно. То есть такие путешествия отлично подходили бы тем, кто достиг какого-то уровня душевного равновесия благодаря многолетним духовным практикам или просто родился флегматиком.

Знакомый перевозчик сказал мне однажды, что самый длительный период, который он провел на границе между «ЛНВ» и Россией, — это 36 час. Почему-то не пускали, так бывает. Я не понимаю, как можно ожидать полутора суток в машине. Просто ждать. Без запаса продуктов, без четкого представления, когда очередь сдвинется с мертвой точки. Вы бы так смогли? Перелет до Америки занимает меньше времени, чем торчание на границах здесь. К тому же в самолете кормят, выдают плед и называют точное время прибытия. А эта изолированность на границах истощает сильнее всего. Иногда мне звонят с интернет-объявлениями: «Вы продаете?..» Я сначала отвечала. Теперь сразу уточняю, откуда звонок. У нас не работают службы доставки, отсюда не видишлеш ни посылки, ни письма. Можно хитрить, выкручиваться, искать контакты, знакомства, надежных людей, платить, но не иметь никаких гарантий. Могут привезти телефон под заказ, и телевизор, и много чего другого, но сверху возьмут наценку от 10% стоимости товара и опять-таки без гарантий, если с покупкой произойдет что-то непредвиденное. Мероприятия для любителей острых ощущений. Я среди тех, кто научился обходиться или искать аналоги здесь. Хорошо, что мы купили до войны, плохо, что купили не все и вообще что вещи изнашиваются. И что поделаешь? Надо привыкать или искать варианты. Какие уж тут интернет-магазины… Только местного уровня, от тех, кто знает лазейки и способы, как ввозить. Время быстрого бизнеса, время смелых решений.

Читайте также: За ширмой войны

Летом познакомилась с предпринимателем, масштабы деятельности которого понятна чуть позже. Он имеет цех неподалеку от нас. Туда раза два попали снаряды, офис разнесло вдребезги, а остальным просто «приделали ноги». Промышленные мощности, к сожалению, оказались рядом с блокпостом. Мой знакомый сокрушается, что прямо перед войной купил две новые станки, каждый по тысяче долларов, а вернувшись увидел глубокие следы в асфальте: направление, куда их утащили. Машины, конечно же, забрали на нужды «армии», образцы разворовали местные, а остальные просто растаяла в воздухе. Сейчас фирма моего знакомого снова достигла довоенного уровня выпуска продукции. Бригады получают зарплату от выработки, каждый работник может подсчитать нехитрую бухгалтерию и узнать, сколько заработал. Бывает, персонал расходится перед последней маршруткой: иначе не выберется домой. Цех работает, даже отыскали одну из двух машин почти в исправном состоянии… А знаете, что меня поражает больше всего?

Спокойствие, с которым мой приятель описывает собственные убытки: оборудование, образцы, офис, товара тысячи на две долларов. «О чем жалею, так это за тем, что поздно вернулся. Появился бы раньше — не все украли бы». Когда мы познакомились, он сам возил стройматериалы фургончиком, помогал их разгружать. Видимо, поэтому и запизналися: не было в нем замашки большого начальника, когда он таскал кирпичи, которую сам и привез. Никак не решусь расспросить его об отношении к событиям, потерь. Поинтересоваться, где он берет силы на очередной рывок. И откуда столько легкости и оптимизма? Но разговоры о политике — моветон. Об этом не говорят приличные люди. Ее слишком много во всем вокруг, чтобы сотрясать воздух своим отношением к тому, что творится. Сейчас говорят только о себе и о том, что произошло именно с тобой. Улавливаете? Воспитанный человек в «тренде» не заведет речь о том, как устала от войны. Она скажет, что измучилась от долгой дороги. И не «нет денег», а «скорее бы зарплата». Мы фиксуємося на том, что здесь и сейчас. Это тоже местный «бзик». Нашел на рубль дешевле — и счастлив от этого. «Сделать» твой день может сэкономленная десятка за проезд или еще какая-то мелочь, которая поднимет настроение круче, чем любая премия в бывшей жизненной обстановке.

Читайте также: «Виджимай» и властвуй

А вообще жизнь как зебра. У моей семьи сегодня, видимо, белая полоса: дали гуманитарку. Неожиданно, без предупреждений. Счастье виделось набором кастрюль-нержавийок, сковородой и набором металлического столовой посуды. А до этого еще и кипятильник, шерстяной плед, полотенца… Невероятная роскошь и изобилие… И все ничего бы, но эта помощь была предназначена детям войны — тем малышам, что не покидали Луганска летом 2014 года. Все соответственно по строжайшей отчетности: подписи в девяти ведомостях двумя языками, заранее поданные списки квартальных. Практически без очереди и в огромном пакете с маркировкой «ООН. Помощь беженцам». Таким вот, неожиданным и трудным, оказалось счастье. Жаль, что мой сын теперь «ребенок войны»: серьезный статус в местных метриках для маленького человечка. И не реабилитационный курс на море, а кастрюли-нержавейки стали его первой компенсацией за то лето…