Большое преследование. Украинцы в российском плену

10:22 2016-03-25 59 деть задержать крымский российский Украина

Рейтинг 2/5, всего 5 голосов

Сначала россиянам нужно было показать бандеровцев из Крыма: появились дела Николая Карпюка и Олега Сенцова. Причем первый стал олицетворением российских страхов, ведь был одним из лидеров УНА — УНСО и «Правого сектора». Когда же на Востоке начались активные боевые действия, российская пропаганда нуждалась карателей-военных. Так возникло дело Надежды Савченко. В то же время преследования украинцев развернулось и по другим направлениям. В частности, за шпионаж. Один из примеров — история Юрия Солошенко. Он самый старший из заключенных на территории РФ по политическим мотивам украинцев: за решеткой ему исполнилось 73 года. Мужчину задержали на Киевском вокзале в Москве 2014-го во время деловой поездки.

Отдельно стоит упомянуть и о крымских татарах. Так, в 2015-м «власть» аннексированного полуострова взялась преследовать активистов за религиозные взгляды. Например, в январе задержали якобы членов организации «Хизб ут-Тахрир» Руслана Зейтулаєва, Нури Примова и Рустема Ваитова. Их обвинили в создании этой организации и участия в ней. Она, как известно, запрещена в РФ за «экстремизм». В то же время в странах Запада такой не считается. Адвокат задержанных отмечает, что во время обысков не нашли ни одного доказательства, который мог бы свидетельствовать о причастности этих людей к «Хизб ут-Тахрира».

Читайте также: Мир об Украине: Дело Савченко — новая форма травли Украины

В свое время Неделю писал о 11 пленных украинцев в РФ (см. № 23/2015). С тех пор число лиц, арестованных по политическим мотивам, связанными с Украиной, увеличилось. Сегодня в российском плену, по данным Центра гражданских свобод, находятся 25 человек. За более чем

полтора года удалось освободить двух. А две «большие дела» против украинцев приросли еще несколькими.

Назначенные на роль «карателей»

Первая и, наверное, самая известная широкой публике — «большая украинская дело». Она связана с «карателями и фашистами», как их представляет среднестатистический российский обыватель, а фигурируют в ней украинцы, которых обвиняют в причастности к «карательных батальонов», массовых убийств и незаконных методов ведения войны. Среди них Надежда Савченко и Сергей Литвинов. Их биографии, как и обстоятельства задержания, разнятся кардинально. Савченко, добровольца батальона «Айдар», захватили в плен 17 июня 2014-го вблизи поселка Металлист в Луганской области. В течение семи дней держали в плену, после чего незаконно переправили в Россию. От начала ее пытались обвинить в причастности к гибели российских журналистов Іґоря Корнелюка и Антона Волошина (попали в тот же день под обстрел близ Луганска). А в конечной редакции обвинили в пособничестве в убийстве, пособничестве в покушении на убийство, совершенное по мотивам политической ненависти. В придачу украинской военной инкриминируют незаконное пересечение границы РФ. 22 марта его приговорили к 22 годам лишения свободы. И еще 30 тыс. руб. штрафа за пересечение границы.

История Литвинова несколько иная. Простой житель Станично-Луганского района. Окончил только семь классов средней школы, работал на местного предпринимателя и выполнял хозяйственные работы.

По свидетельствам односельчан, имел проблемы с развитием, через что не был военнообязанным. 12 августа 2014-го поехал в больницу в Ростовской области к стоматологу, поскольку украинские медучреждения были недоступны через боевые действия. 21 августа неизвестные вывезли его в местное отделение УБОП, а уже 29-го Литвинова обвинили в «геноциде русскоязычного населения на юго-востоке Украины». По версии следствия, разнорабочий убил 39 мужчин, 1 девочку, изнасиловал и убил 8 женщин. Все это он якобы совершал как доброволец батальона «Днепр-1» по приказу руководства и непосредственно Игоря Коломойского, который даже «привозил» бойцам деньги. Впрочем, благодаря стараниям адвоката Виктора Паршуткина и украинских консулов дело развалилось. Оказалось, что имена потерпевших и их адреса вымышленные, а сам Литвинов путался в показаниях. Поэтому следователи отказались передавать дело в суд. Зато открыли новую, по которой жителя Луганщины обвинили в ограблении гражданина РФ. Якобы вместе с украинскими военными он напал на жителя Ростовской области, который имел дом в Украине, избил его и украл два автомобиля, за что может получить 12 лет лишения свободы. Однако, как оказалось, за одними номерами «украденное» авто сняли с учета, а второе числится как похищенное. Кроме того, «ограбленного» в Украине в последний раз видели в конце 2013-го. Сейчас за этим эпизодом идет суд. Впрочем, история может давать основания для сдержанного оптимизма, поскольку Литвинов является едва ли не единственным украинцем, который имеет реальные шансы на возвращение домой через явные проблемы с доказательной базой.

Дело «Хизб ут-Тахрир» появилась в Крыму относительно недавно — около года назад. По ней можно осудить любого крымского татарина, который придерживается религиозных норм и обычаев

Вторая, но не менее важная — «большая кавказская дело», связанная с «участием» украинцев в войнах в Чечне, в частности в Первой чеченской. Самые известные фигуранты — Станислав Клих и Николай Карпюк. Им инкриминируют якобы убийства российских военных и активное участие в боевых действиях на территории президентского дворца в Грозном, площади Минутка и железнодорожном вокзале. Следствие убеждает, что украинцы вместе с пособниками смогли убить 30 военных и ранили 13. Клиха задержали в августе 2014-го в Орле во время поездки к девушке, Карпюка — в марте того же года в Брянской области. Последний вместе с Вячеславом Фурса должен был бы ехать от «Правого сектора» в Москву на встречу с «руководством РФ». 20 марта Карпюка обвинили в участии в чеченских событиях.

Само дело основывается на показаниях лишь одного человека — Александра Малофеева, который, по версии следствия, также принимал участие в столкновениях с российскими военными в Чечне. После якобы возвращения в Украину он совершил несколько разбойных нападений и был осужден. Когда же уволился, перебрался в Новосибирской области к своей матери. И уже там его осудили за новые преступления еще на 23 года.

Адвокат Марина Дубровина предполагает, что на Малофеева оказывали давление, поскольку тот является наркозависимым. Можно предположить, именно через это «свидетель» заявил, что в войне в Чечне участвовали Дмитрий Ярош, Олег и Андрей Тягнибоки и премьер Арсений Яценюк. Как отмечают правозащитники, протоколы допроса Малофеева начали появляться в деле в 2014-м параллельно с задержанием Клиха и Карпюка. До этого же момента фамилии задержанных украинцев в деле не фигурировали, хотя ее нарушили 1997-го. Еще один аргумент, который может свидетельствовать о явной фабрикации доказательств: ни один из членов УНА — УНСО не узнал в Малофєєви участника движения. Сами же Клих с Карпюком отмечают, что не могли физически находиться в Чечне в 1994-1995 годах, поскольку Станислав учился в университете Шевченко, а Николай ухаживал за больной матерью.

После появления в деле независимых адвокатов Клих и Карпюк заявили о пытках: их пытали током, душили, били, лишали сна, воды и пищи, применяли психотропные вещества. После таких издевательств Николай даже пытался покончить с собой, но ему помешали конвоиры. Оба заключенные написали заявления о пытках в ЕСПЧ. Сейчас продолжается суд в Грозном. Ребятам грозит от 15 лет до пожизненного лишения свободы.

«Шпионы» и «экстремисты»

Третья, относительно новая категория — «шпионаж». Здесь по меньшей мере трое задержанных, самым известным из которых является упомянутый выше Солошенко. Он в течение 20 лет работал в военной сфере и руководил полтавским заводом «Знамя», который после распада СССР существовал благодаря российским заказам для оборонки. После 2010-го предприятие закрыли, Юрий вышел на пенсию, однако и дальше поддерживал контакты с партнерами по бизнесу. После задержания в течение 10 месяцев к нему пытался пробиться консул, но ему отказывали. Во время следствия Солошенко настаивал на своей невиновности, даже писал письма генпрокурора Юрия Чайки и прошение о помиловании на имя Владимира Путина. Однако на суде признал вину и заявил, что не собирается обжаловать приговор. Получил шесть лет лишения свободы.

Читайте также: Пленники Кремля. Как украинцы становятся политзаключенными в РФ

Четвертая и, вероятно, самая большая группа дел — крымские. Условно их можно разделить на две подгруппы: политическую и религиозную. Под первую попадают Сенцов, Кольченко, Афанасьев и Чирний. Им инкриминировали терроризм и террористические акты и приговорили к лишению свободы сроком от 7 до 20 лет. Сюда же относится так называемое дело 26 февраля, по которому проходит заместитель председателя Меджлиса Ахмет Чийгоз. Его обвиняют в организации «массовых беспорядков» 26 февраля 2014-го у здания парламента Крыма. Тогда проукраинским активистам противостояли сторонники партии «Русское единство», возглавляемой Сергеем Аксеновым. В результате давки погибли два человека, десятки получили телесные повреждения. Чийгозу же грозят 15 лет лишения свободы.

Вторая — так называемое дело «Хизб ут-Тахрир». Появилась в Крыму относительно недавно — около года назад. За ней, отмечают в Центре гражданских свобод, можно осудить любого крымского татарина, который придерживается религиозных норм и обычаев, что, как предполагают правозащитники, в будущем может стать нормой для оккупированного полуострова. Сейчас «религией» занимаются в Севастополе и Симферополе. Так, недавно симферопольский суд арестовал четырех крымских татар, задержанных после обысков 12 февраля.

«Можно предположить, что еще со времен Украины существуют списки «взятых на карандаш». Очевидно, сейчас их отрабатывают. Насколько известно, дела против активистов шьют фээсбэшники, которые ранее занимались этими самыми людьми в структуре СБУ. Но такие религиозные дела — общероссийская тенденция. Там эти задержания с 2000-х. Людей пакуют десятками, просто в Украине за этим не следим. В Уфе сейчас задержаны 20 мусульман. В Москве — 20 мусульман. И частично этот российский репрессивный конеєр уже развернули в Крыму, что , в частности, связано с крымским контекстом, желанием прижать крымских татар, показать, кто здесь хозяин», — предполагает Мария Томак, журналист Центра гражданских свобод.

В целом можно назвать фамилии только двух украинцев, которым за эти два года посчастливилось вернуться из российских тюрем в Украине. Это бывшие студенты Богдан Яричевский и Юрий Яценко. В свое время их задержали в Курской области. После этого ребят подвергли пыткам, заставляли признаться в шпионаже и диверсионной деятельности. Чтобы избавиться ФСБ, они вскрыли себе вены. В конце Яричевского за несколько месяцев отпустили в Украину, а Яценко приговорили к двум годам колонии-поселения за хранение охотничьего пороха. Впоследствии срок наказания уменьшили до девяти месяцев, засчитав этот срок во время пребывания в следственных изоляторах.

Совсем скоро Украине стоит ожидать ряда решений в отношении других заключенных. Приговор в оптимистической делу Литвинова, по оценке правозащитников, может быть уже в первой половине апреля. В деле Карпюка и Клиха — примерно до конца апреля, поскольку там остались выступление защиты, прения и приговор. Относительно крымских татар ситуация сложнее. Так или иначе задержанных «террористов» должны переправить в Россию, где и начнется сам процесс. Когда точно это произойдет, точно не известно.

Что же касается возможных обменов пленных украинцев правозащитники разводят руками. Говорят, если с Савченко, Сенцовим, Клихом ситуации понятны, то что делать с татарами — неизвестно, поскольку для них полуостров стал абсолютом.

«У того самого задержанного крымчанина Али Асанова четверо детей и огромная семья. Они фермеры. Там старенькие родители, которые положили жизнь на то, чтобы вернуться в Крым. И они говорят, что их оттуда только вперед ногами вынесут. Или опять депортируют. И как этих людей обменивать, на каких условиях? Их надо с семьей забирать и на материковой Украине устраивать, но вряд ли государство возьмет на себя такую ответственность. А гарантировать безопасность в Крыму невозможно. Тем более там есть угроза начала массовых репрессий, если запретят Меджлис. Это большая опасность для крымских татар», — говорит Томак.

Политзаключенные или нет?

Политзаключенными пленных украинцев пока признала только российская правозащитная организация «Мемориал». Ни одна международная структура не выступила с аналогичной инициативой. Как отмечают украинские правозащитники, термин «политзаключенный» означает, что человек был журналистом, правозащитником или оказывали ненасильственное сопротивление. В той же Amnesty International о развитии ситуации в курсе, но даже Сенцова не признают «политическим», поскольку не уверены до конца, что он не прибегал к насилию. О случае с Савченко вообще говорить не стоит. Ведь она военная. В то же время организация требовала «пропорциональной квалификации их действий. Поскольку в случае с тем же Афанасьевым, который в Крыму поджег дверь организации «Русское единство», дело можно было бы квалифицировать как хулиганство, а не терроризм. Кроме того, Amnesty выступала с заявлениями о применении пыток в украинских заключенных в РФ.

Читайте также: Пропавшие без вести и военнопленные: о реальной ситуации

Также относительно пленников Кремля были резолюции Европарламента, польского Сейма, заявление от чешских депутатов. Во время следующей сессии ПАСЕ должны голосовать резолюцию по этому вопросу.

Если говорить о шансах на обмен, то ситуация неоднозначная. В свое время украинский Минюст обратился к РФ с просьбой передать Сенцова, Кольченка, Афанасьева и Солошенко на Родину для отбывания наказания. Фамилий могло быть больше, однако ситуацию осложняет бюрократия. Ведь с просьбой о фактической экстрадиции должны обратиться и родственники, и сам осужденный. Несмотря на то что это правовой путь решения ситуации, даже после возвращения украинцы должны и в дальнейшем отбывать наказание. А уволить их может только суд. Таким образом, это будет означать, что Украина признает приговоры, вынесенные российской Фемидой. Украинский МИД также рассматривало варианты по обмену заключенных через механизм помилования. Министр Павел Климкин даже обещал поднять этот вопрос во время встречи в «нормандском формате». Впрочем, насколько этот вопрос рассматривали пока трудно сказать. Единственное — не стоит серьезно воспринимать заявления людей, которые занимаются обменами в «ЛНВ/ДНР» и обещают за месяц-два вернуть Савченко и Сенцова.

«Люди, которые занимаются обменом на уровне «ЛНВ/ДНР» и заявляют, что могут поменять Надю или Сенцова, — это не серьезно. Обмен может произойти только на самом высоком уровне президентских администраций. Потому что даже СБУ этой темой не занимается. Ее приход — заложники «ЛНВ/ДНР». И помощь со сбором свидетельств о заключенных Кремля. А переговоры — это МИД и АП», — резюмировала Томак.


Дмитрий Песков считает большой ошибкой называть Трампа «нашим человеком»
Дмитрий Песков считает большой ошибкой называть Трампа «нашим человеком»
14:05 2017-01-20 1

У гонщицы Мары Багдасарян отнимают самое дорогое
У гонщицы Мары Багдасарян отнимают самое дорогое
13:30 2017-01-20 5

Боевики ИГИЛ взорвали древний архитектурный памятник в Пальмире
Боевики ИГИЛ взорвали древний архитектурный памятник в Пальмире
13:17 2017-01-20 5

Лукашенко заявил о поиске альтернативных источников нефти вместо России
13:00 2017-01-20 5

Учёные: Пол будущего ребёнка зависит от веса отца
12:40 2017-01-20 5

Ученые рассказали, почему люди следят в соцсетях за своими бывшими
12:10 2017-01-20 3

Устроители салюта после концерта в честь инаугурации допустили ошибку в аббревиатуре USA
11:15 2017-01-20 16

Боевики ИГ уничтожили несколько памятников на территории Пальмиры
11:05 2017-01-20 6

Российские ученые предложили построить на Луне спецхран и убежища
10:40 2017-01-20 5

Скончался арбитр КХЛ Рафаэль Кадыров
10:30 2017-01-20 7