«Грязное» дело в чистых руках

11:11 2016-02-07 77 андрей город иза оно полицейский

Рейтинг 4/5, всего 7 голосов

Недавно были в гостях у друзей. У них сын решил учиться на полицейского, а парень он патриотический, с обостренным чувством справедливости. Мы с мужем в один голос: «Да ты что?! Да это же…» Сразу вспомнилось, как 26 января под Днепропетровским облсоветом «служители закона» хватали избитых тітушками майдановцев. И рассказ знакомого о их участкового, что набирал ряды тітушків из мелких преступников, у которых подписка о невыезде, условный срок за хулиганство и тому подобное. А врадиевский справа, которая повлекла всеукраинскую волну протестов против произвола милиции. Это, собственно, и была одна из последних капель в переполненной чаше народного терпения…

Страшновато отдавать честную ребенка в такую структуру. И этот страх какой-то глубинный, в чем-то иррациональный: знаем же, что создается новая полиция, что каждый, кто попадает туда, проходит серьезный конкурс, но… Это еще, пожалуй, предковский страх. Еще с тех времен, когда советская милиция была подразделением НКВД…

Пришлось идти знакомиться, чтобы наполнить ту мифическую структуру живыми людьми. И начать я решила сначала: с хронологически первого в нашем городе обновленного полицейского формирования, полка патрульной службы полиции особого назначения «Днепр-1». Мне удалось встретиться с сотрудниками этой службы Владиславом Безпальком, Андреем Добровольским и Николаем Криворотьком. Эти мужчины весной 2014-го добровольцами вступили в батальон «Днепр-1».

Но полицейская работа для них началась еще до прихода туда: дежурили на блокпостах, проверяли машины, чтобы не пустить до родного города боевиков и оружие. Хотя все трое — Владислав, Николай и Андрей — до войны были людьми мирных профессий.

ЖИЗНЬ — УКРАИНЕ, А НЕ VIP-ПЕРСОНАМ

Владислав Безпалько родился в селе на Полтавщине. Закончил Полтавский национальный технический университет по специальности «архитектор-містобудівельник». Полгода работал личным охранником, но решил: быть ежесекундно готовым закрыть собой VIP-персону — дело разрушительное для психики. Создавал мебель, перепланировывал квартиры.

Приобретя опыт, организовал свое ЧП.

Андрей Добровольский родом из города Верхнеднепровск Днепропетровской области. Сначала работал металлургом. Учился в академии, но бросил на втором курсе, потому что металлургическая отрасль приходила в упадок и ее новый расцвет не предусматривался. Нанимался на строительство, впоследствии основал частное предприятие. Из рассказов деда знает, как тот во время Второй мировой попал в концлагерь. После освобождения советской армией 19-летнего юношу приписали к подразделению «ястребків», который должен был помогать НКВД. Узнав о готовящейся карательной операции против жителей его родного села (семья жила в Западной Украине), которых подозревали в симпатиях к УПА, парень предупредил односельчан и сбежал на целину. Сменил фамилию. Женился. Когда возвращались в Украину, по дороге у супругов родилась дочь — мама Андрея Добровольского. Произошло это событие в городе Славянске Донецкой области.

Читайте также: Двигаться в одном направлении

Николай Криворотько работал трубопрокатником, окончил металлургическую академию. К военному делу относился с уважением, потому что его отец воевал в Афгане. Дед принимал участие во Второй мировой войне, ему, как и внуку, суждено попасть во враждебное окружение и вырваться живым. Родовое корни Николая на Полтавщине. По семейной легенде, их предок козакував и был ранен в лицо, за что и получил такую фамилию.

Деды-прадеды Владислава, Андрея и Николая прошли через Голодомор. Но Николаю отец рассказал, что ему, когда был школьником, о тех событиях родные вообще ничего не говорили — боялись огласки и репрессий. Предки Владислава выжили в 1930-х благодаря взаимопомощи и потому, что прабабушка, работая в конторе, заранее узнала о реквизиции зерна и рассказала родным и знакомым.

Жизненный выбор прадеда Андрея Добровольского Степана стал для будущего защитника Украины одним из первых уроков человечности. В 1930-х прадед возглавлял сельскую общину и, поняв, что надвигается беда, сделал тайники продуктов, которыми потом делился с односельчанами…

А потом, оказавшись на Донбассе в условиях войны, ребята делились продуктами — и дольками унаследованной от предков доброты — с местным населением. А жители Мариуполя приносили военным сигареты… «Это не потому, что война, а просто по-человечески. Такая взаимная помощь», — расставляет акценты Владислав.

«Когда мы пришли, люди в Мариуполе были насторожены, ибо им нарозповідали о нас разной лжи, что мы нацисты, будем делать страшные вещи. И, когда мы уже освободили город, они увидели, кто кем является на самом деле. Увидели, что мы им помогаем, защищаем их. Они меняли свое мнение», — говорит Николай.

А потом был Иловайск, где все имело иной вид. Местных жителей в городе почти не осталось: уехали, спасаясь от войны. Да и задачи перед полицией особого назначения стояло другое: не просто зайти и провести зачистку от оружия и боевиков (это было понятно, уже привычно). Стояла задача взять хорошо укрепленный город штурмом, что теоретически входило в обязанности ВСУ, а не полиции. И справятся ли сами армейцы с таким заданием? («Нас было мало», — признаются добровольцы.) В той ситуации трудно найти единственно правильный ответ на этот вопрос. Получив приказ, пошли на штурм. Критически не хватало техники, ведь во всем мире среднестатистические потери штурмующих и тех, кто окопался и обороняется, считаются примерно 3:1, а в городе и 7:1 случается. Военная техника была бы очень кстати.

В первом же бою добровольцы из «Днепра-1» потеряли двух товарищей убитыми. Из 13 раненых несколько осталось на поле боя, надо было по ним вернуться… «У нашей роты был один пригодный танк с ВСУ, — рассказывает Андрей Добровольский. — На нем не работали уже ни башня (трижды попадали из РПГ), ни пушки, принадлежности висело, как вывернутые внутренности… Командир и наводчик были контужены. Но вызвался механик — поехал, забрал и вернулся. Это, я считаю, героический поступок».

Когда бойцам батальона с третьей попытки таки удалось войти в город и начать зачистку, нехватка человеческих ресурсов ощущался особенно остро. («Зачистили, перешли на другое место, а они снова лезут на оставленные нами позиции…») От 24 до 29 августа наши бойцы, которые вступили в Иловайск, находились в окружении. Заканчивались продукты и боеприпасы, нужно было вывезти раненых. Но предложенный противником «зеленый коридор» оказался коварной ловушкой. Вдоль него везде тянулись окопы, где сидели люди в шлемах, в хорошем военном снаряжении.

«Дистанция между нами была меньше 50 м, мы видели их глаза… — рассказывает Николай Криворотько. — Судя по форме тех глаз, часто это были выходцы из азиатских республик. То, что в конфликт вмешалась российская армия, не было для меня сюрпризом. Мы имели с ними визуальный контакт возле поселка Многопілля, когда накануне отвозили раненых и «двохсотих». Это были три грузовика и две БМД-2 (машина воздушно-десантных войск). Я проходил срочную службу в воздушно-десантных войсках и знаю, какие они с виду, но под Іловайськом этого рода украинских войск не было. Кроме того, техника была маркирована сепарськими знаками — белыми пятнами на бортах…

Тогда же на наши позиции, где мы стояли с ВСУ, нагрянула колонна из трех МТ-ЛБ и одного танка. Мы вместе с бойцами 51-й бригады их уничтожили. Взяли пленных: это были представители НДС РФ и пехотинцы. В танке нашли его паспорт — узнали имя командира, номер военной части в России… Эти люди ни видом (характерно новейшее снаряжение), ни поведением во время боя совсем не напоминали сепаратистов Донбасса», — вспоминает Николай.

Читайте также: Полицейский: «Люди с совковым типом мышления нас не воспринимают»

«Когда мы выходили «зеленым коридором», первый круг окружения нас пропустило (чтобы не вернулись). А второе начало обстреливать. Самое страшное, что россияне знали: в нашей колонне идут их солдаты (пленные) — и уничтожали их вместе с нами…» — говорит Владислав.

Они с Андреем выезжали из котла, сидя сверху на МТ-ЛБ (внутри транспортировщика мест уже не было). Вокруг свистели пули, взрывались гранаты. Андрея ранило в спину, взрывом сбросило с брони. («У нас еще с тренировок выработан такой рефлекс: на поле боя не останавливаются и не оказывают медицинской помощи. Чтобы меньше были общие потери», — объясняет боец.) Лежа на земле, он видел, как на МТ-ЛБ, который шел позади, сорвало башню — ребята, что ехали наверху, разлетелись… Потом раненый Андрей километр мимо села, где его подобрал местный дед со словами: «Здесь ездит дядя из «Красного креста», я его остановлю, он тебя заберет». Тем дядей оказался Всеволод Стеблюк из батальона «Миротворец», который попал в плен к русским, но имел при себе документы, где на английском было написано, что он прошел курсы «Красного креста». Он договорился с командиром вражеских войск организовать сбор раненых для обмена.

«Когда Стеблюк привез меня, в лагере уже было человек 20 наших. Все раненые, стонут, а двое, что переночевали без помощи, погибли. Я увидел, что нас охраняют вооруженные люди. Они не скрывали, что являются русскими. Один подошел, снял с меня часы, а взамен дал сигарету и півкухля воды. Сказал, что они здесь уже три дня нас ждут, окопались…» — вспоминает Андрей Добровольский.

Тем временем МТ-ЛБ, с которого упал Андрей, тоже пробивался сквозь огонь и смерть. Под обстрелами погиб командир взвода Денис Томілович, человек ответственный и взвешенный. Осколками осыпало Владислава Безпалька, который сидел рядом. Еще один боец без стопы остался, второй — без пальцев на ногах, еще двое раненых вообще не могли самостоятельно передвигаться. Оторваться от преследователей удалось благодаря украинским штурмовикам, которые атаковали русских.

А потом было двое суток тяжелого пешего перехода через поля и посадки без воды и еды, когда уцелевшие несли на себе раненых. «Никогда не думал, что так поріднюсь с совершенно чужим человеком, как породнился с ребятами, с которыми выходил из окружения под Іловайськом», — признается Владислав. Доставить айважчих «трьохсотих» в больницу помог местный водитель. Остальные бойцы добирались до своих на такси, при этом таксист отказался взять деньги. Пожелал ребятам удачи и вернулся к своему оккупированного города…

Такой опыт прохождения гранью жизни и смерти ради мира в Украине имеют наши полицейские. Команда патрульной службы «Днепр-1» спаяна опытом боевых действий и духом товарищества. В любой момент они готовы защитить граждан от незаконных вооруженных формирований, вывести БТР, окружить и обезвредить врага. До последнего времени дежурные инспекторы ездили еще и на вызовы граждан, которые говорили, что им отказывается помогать старая милиция.

Но теперь такой необходимости уже нет: 17 января в Днепре приняли присягу на верность украинскому народу 950 полицейских патрульной службы, которых отобрали из 8123 кандидатов.

«МЫ ФИЗИЧЕСКИ УСТАЛИ ОТ БЕЗДЕЛЬЯ ВЛАСТИ»

Исходя из статистики, новый полисмен должен быть интеллигентом и интеллектуалом, потому что более 85% личного состава патрульной службы имеют высшее образование. «У некоторых их даже два или три», — гордится коллегами мой собеседник — дежурный инспектор в новой полиции Андрей Ковальский.

Сам он окончил железнодорожный техникум, поступил в вуз, планируя получить юридическое образование, но завершить обучение помешали обстоятельства. Молодой человек успел поработать на самых разных работах: слесарем, администратором кинотеатра, охранником… Приглашали и в правоохранительные органы, даже неплохую должность предлагали, да отказался, потому что имел друзей в той системе и знал, что посвятить себя искренней помощи людям не удастся. Теперь Андрей уверен, что система изменилась. «Нам не выставляют норм по количеству составленных протоколов. Прибывая на вызов, не должны требовать с потерпевших деньги на бензин, чтобы ехать дальше разбираться в их деле, потому что у нас нормальное обеспечение. И главное: у людей, которые пришли в нашу службу, горят глаза. Многие из них ранее имел гражданскую профессию. Это работники банков, юристы, водители… Кое-кто покинул более высокооплачиваемую работу ради возможности что-то изменить в своей стране. Мы все устали от бездействия власти, давления правоохранительных органов на людей. После Майдана пришло осознание: если каждый будет только сидеть и ждать, то мы всегда будем стадом. Постоянно под кем-то ходить…» — говорит Андрей Ковальский.

Теперь, по мнению полицейского, нужно убедить граждан, что новая патрульная полиция не репрессивный орган, а сервисная служба. Ведь порой звонит пострадавший, сообщает о правонарушениях, но боится назвать свой телефон. «Бывает, приехали на вызов — и не можем сориентироваться на местности. Имели бы номер — позвонили, расспросили бы подробнее… Люди еще не привыкли, боятся, что их начнут куда-то таскать, предъявлять претензии…»

Граждане, которые привыкли жить в стране без правил, не всегда понимают требования правоохранителей. «Недавно едем в 05:00, видим: женщина переходит дорогу на красный свет. Остановились, подошли, разъяснили. А она удивленно: так машин же нет! Люди, которые стояли рядом на остановке, улыбались, но нас поддержали… Иногда кое-кто подходит, благодарит. Говорят: вы уже своим присутствием предотвращаете правонарушением, — делится впечатлениями Андрей. — Хотя случается и неадекватное поведение, когда начинают нас оскорблять, игнорируют требования показать документы, закрывают окна авто. Хотя мы требуем вполне очевидных вещей, например убрать машину с тротуара, где она мешает пешеходам».

Воспитывать правовое сознание и адекватное восприятие правоохранителей, считает новый полицейский, нужно с детства. «Проходя обучение, мы, 950 тогда еще будущих полицейских, с моей и еще нескольких людей инициативы разделились на группы и посетили детские дома Днепропетровска. За собственные деньги купили малышам небольшие подарки, канцтовары. Рассказали о правилах дорожного движения и просто пообщались на свободные темы. Дети спрашивали, какими чертами должен быть наделен человек, чтобы стать полицейским. Ребят интересовало, на каких машинах мы будем ездить. У девушек тоже были свои вопросы, которые они обсуждали с нашими коллегами. Кстати, около четверти работников новой патрульной полиции — женщины».

Читайте также: МВД попросило Японию заменить новые машины патрульной полиции Киева

«Во-первых, человек должен иметь силу духа. Чтобы не отвечать негативом на негатив, а добросовестно выполнять обязанности, понимая, что в общем итоге ты работаешь для увеличения добра и порядка в Украине. Во-вторых, справедливость. Независимо от прибыли и других факторов все граждане заслуживают одинаковое уважительное отношение. В-третьих, целеустремленность. Хоть я и рос без отца, мама и дед сумели воспитать меня с такой жилкой, что заставляет постоянно чему-то стремиться и менять жизнь к лучшему. А еще мы говорили детям, что полицейскому нужно всегда себя совершенствовать, чтобы быть сильным… Теперь планируем провести такой рейд-знакомство школами: помочь учащимся выбрать свой жизненный путь и предотвратить правонарушения», — говорит Андрей Ковальский.

ОДИН В ПОЛЕ ВОИН. НО ЛУЧШЕ ВДВОЕМ…

А теперь о доверии к государственным институтам. У меня есть несколько знакомых — людей патриотических, кристально честных, которым я при случае повторяю: «Почему ты не пошел к власти? Тебе же предлагали!». Ответ всегда одинаков: «Это грязное дело…»

Но можно ли оставаться чистым, живя в грязном подъезде, молча ездя в транспорте, где, взглянув на удостоверение участника АТО, водитель говорит: «А я вас туда не посылал!»? «Чистая» биография не означает чистой совести. Мы недооцениваем последствия каждого своего доброго дела. Вряд ли дедушка Андрея Ковальского знал, что рассказ о том, как он школьником во время Второй мировой пошел работать на завод изготавливать боеприпасы для армии, станет путеводной звездой для внука. Вряд ли дед Андрея Добровольского думал о воспитательные последствия для потомков, спасая односельчан от карательной операции НКВД. Просто они прислушались к своей совести, делали так, как подсказывало сердце, действовали, а не ждали…

Тезис о «грязное дело» — это фиговый листочек. Им мы прикрываем лень, свое неумение перестраиваться на новый вид деятельности. Наибольшей проблемой нашего общества является не какой-то метафизический грязь, а унаследованная от советской системы склонность избегать сложных ситуаций, для решения которых надо вылезать из накатанной колеи жизни. Наших дедов и родителей долго и больно учили, что принимать ответственные решения — обязанность пастуха. И мы теперь дружно ругаем вождей за то и за другое. Но ведь в Конституции четко записано: «…источником власти в Украине является народ». Мы предъявляем претензии к «слугам народа», но выполняем свои обязанности сами?

Да, не каждый готов рисковать должностью, зарплатой, хорошими отношениями с коллективом ради установления справедливости. Но в нашей стране есть много людей, которые рискнули большим — жизнью. Не все желающие участники АТО попали в новую патрульную полицию, потому что милиционеру приходится выслушивать кучу несправедливых обвинений в адрес и собственную, и своих родных. И он должен оставаться невозмутимым. Именно это, тест на устойчивость к стрессу, является слабым местом многих людей, которые прошли войну. Но с их чувством справедливости для государства было бы полезно, чтобы они попадали во власть.

И здесь очень нужны люди, которые не готовы рисковать всем, но имеющие разум, могут подставить герою дружеское плечо, стать его помощниками, консультантами, удержать от эмоциональных решений. Сделайте это, и с двух слабостей образуется единая сила и мудрость команды. А бойцы-добровольцы работать в коллективе умеют. И для этого есть основания. Среди людей, которые по собственной инициативе пошли на фронт, очень много частных предпринимателей, то есть тех, кто когда-то уже сам организовал действенную систему (в «Днепре-1», например, таких более половины). Теперь их надо научить работать в государственной системе, которая, увы, была для них чужой и далекой… Власть, полиция и другие официальные институты — это не карма, это должности, комната со стульями. Эффективность работы будет зависеть от личностей, которых мы туда приведем.


Кортеж Эрдогана попал в ДТП в Стамбуле
Кортеж Эрдогана попал в ДТП в Стамбуле
19:16 2016-12-09 5

Кабмин не поддержит размещение мигрантов в Украине
Кабмин не поддержит размещение мигрантов в Украине
13:18 2016-12-09 11

Обама снял ограничения на поставки оружия сирийским повстанцам
Обама снял ограничения на поставки оружия сирийским повстанцам
09:17 2016-12-09 10

Лавров заявил о приостановке боевых действий в восточном Алеппо
05:15 2016-12-09 9

Лавров: Армия Асада приостановила боевые действия в восточном Алеппо
03:17 2016-12-09 16

МИД РФ заявило о временном прекращении боевых действий в Алеппо
21:16 2016-12-08 16

Асад заявил, что после захвата Алеппо война в Сирии не закончится
11:17 2016-12-08 31

Twitter назвал самые популярные хештеги 2016 года
23:18 2016-12-07 15

Генсек НАТО призвал Запад сохранить давление и санкции против России
13:17 2016-12-07 22

Стало известно, чем занимался в Сирии российский полковник-танкист
13:17 2016-12-07 55