Движение по течению. Потенциал новых пріортетних отраслей

17:44 2016-02-06 42 машиностроение миллиард отрасль продукция промышленность

Рейтинг 2/5, всего 4 голосов

Петр Порошенко на самом деле лишь констатировал объективные тренды в украинской экономике, которые наблюдаются по крайней мере со времен мирового кризиса 2008-2009 годов. С тех пор рельефное рост в Украине демонстрировали только IT-сектор и АПК и резко актуализировалась потребность уменьшения потребления дорогих импортных энергоресурсов (сначала в результате газового контракта 2009 года, а с 2014‑го-за потери значительной части добычи энергетического угля на Донбассе). Поэтому и началось обусловленное этим сокращение потребления энергоносителей, усиления роли атомной энергетики и возникла необходимость ее балансировки в часы пиковых/минимальных нагрузок за счет гидроаккумулирующих мощностей.

Фиксация тренда

По официальным данным Госстата, в 2014 году экспорт компьютерных, информационных и телекоммуникационных услуг составил $1,6 млрд, а импорт — $0,5 млрд. В частности, компьютерных соответственно $1,06 млрд и $0,21 млрд. Впрочем, учитывая небольшую прозрачность IT-сектора можно предположить, что значительная часть его производства и экспорта вне поля зрения официальной статистики. Поэтому внимания заслуживает оценка экспорта IT-услуг в 2014 году в $2,3 млрд, что была обнародована в совместном исследовании Russian Digital News и AVentures Capital совместно с ассоциациями и ведущими компаниями отрасли.

Однако даже данные Госкомстата зафиксировали в 2010-2014 годах рост экспорта IT-услуг более чем в три раза (от $335 млн в 2010-м), которые не имели равных в других секторах украинской экономики. При этом следует понимать, что в IT-услугах доля добавленной стоимости несравненно выше, чем в традиционном производстве. То есть $1 млрд экспорта в этой отрасли по вкладу в ВВП страны равнозначен нескольким его миллиардам в АПК, а тем более металлургии.

По 2015 год частных оценок еще нет, а Госстат зафиксировал значительное проседание экспорта компьютерных услуг за первые три квартала. Что стало причиной (снижения курсов европейских валют относительно доллара, падение спроса на украинский сервис, тенизация расчетов за него или комплекс всех этих факторов), пока сказать нечего. Однако в дальнейшем участники рынка ИТ-услуг ожидают роста объемов зарубежных заказов.

В то же время игроки IT-сектора признают: он не станет панацеей для всей экономики и большинства безработных минимум в среднесрочной перспективе. Отнюдь не каждый может работать в нем, а занятость хоть и динамично растет, однако поднять ее от нынешних менее чем 100 тыс. работников даже до 300-400 тыс. в 39-миллионной (без учета оккупированных Россией территорий) стране, ни за три, ни за пять лет невозможно.

В этом смысле важным является развитие АПК. Если в 2007 году, перед мировым экономическим кризисом, доля сельского хозяйства в ВВП Украины составляла лишь 6,6%, а обрабатывающей промышленности — 19,9%, то в 2014-м соответственно 10,3% и 11,4%. Госстат еще не обнародовал окончательных данных по 2015-й, однако уже очевидно, что он станет переломным: после длительного времени значительно лучшей динамики валовая добавленная стоимость (ВДС) в сельском хозяйстве (156,8 млрд грн за І–ІІІ кварталы) превысила аналогичный показатель в обрабатывающей промышленности (154,9 млрд грн) и в абсолютных объемах. Данных за последний квартал 2015 года еще нет, однако даже в 2014-м в нем было четко видно преимущество сельского хозяйства (52,9 млрд против 49,4 млрд).

В украинских реалиях объем валовой добавленной стоимости на одного занятого в пищевой промышленности и товарном сельском хозяйстве значительно больше, чем в машиностроении или металлургии

Однако сельское хозяйство — это еще не весь АПК (хоть у нас в последнее время их часто отождествляют). Госстат не публикует доли в добавленной стоимости отдельных отраслей обрабатывающей промышленности, и даже если предположить, что вес в ней пищепрома соответствует его весу в валовом выпуске промышленной продукции (за 11 месяцев 2015 года — более 33%), то получается, что по крайней мере треть ВДС в обрабатывающей промышленности также должна быть связана с АПК. На самом деле, как будет показано ниже, доля добавленной стоимости в пищевой промышленности больше, чем удельный вес последней в общем выпуске продукции.

Таким образом, объем созданной в АПК валовой добавленной стоимости минимум вдвое превышает ее объем в остальных отраслях обрабатывающей промышленности и значительно больше, чем производство в них и добывающем секторе вместе взятых. Говорящим за последние годы и изменение удельного веса основных отраслей украинской экономики в экспорте. Если в 2008-2015 годах вывоз продовольственных товаров из Украины вырос в 1,8 раза — от €7,36 млрд (или 16,2% общего объема) до €13,24 млрд (или 38,5%), то вывоз продукции черной металлургии за то же время уменьшился в 2,2 раза — от €18,0 млрд (39,6%) до €8,1 млрд (23,6%), а продукции машиностроения — в 1,7 раза — от €7,4 млрд (16,3%) до €4,3 млрд (12,5%).

Причем перспективы украинских металлургии и машиностроения в нынешнем их виде не слишком оптимистичны, что дает основания ожидать дальнейшего уменьшения их доли в пользу производства продовольствия в структуре украинских экономики и экспорта. Ведь, несмотря на резкое уменьшение объемов производства, металлургия и машиностроение остаются оторванными от потребностей внутреннего рынка и зависимыми от экспорта на 60-90%.

Разрыв шаблона

В украинских реалиях стереотипы, связанные с небольшой занятостью в сельском хозяйстве или пищевой промышленности и низкой валовой добавленной стоимости их продукции по сравнению с машиностроением или металлургией, не выдерживают проверки фактами.

Даже штатных работников в отечественном пищепроме на ноябрь 2015 года насчитывалось 288,2 тыс., тогда как в металлургии — 236 тыс. В сельскохозяйственных предприятиях (без фермерских, а также хозяйств населения) их было 414 тыс., а в машиностроении — 336,6 тыс. При этом в соответствующих данных не учитывают людей, занятых в ФОТ и на мікропідприємствах с персоналом до 10 человек, где по понятным причинам значительно больше занятых в пищевой промышленности и агрохозяйствах, чем в металлургии или машиностроении.

Доля валовой добавленной стоимости на одну задействованную в пищевой промышленности и товарном сельском хозяйстве лицо также существенно выше, чем в машиностроении или металлургии в их нынешнем виде.

Так, по данным развернутых таблиц «затраты — выпуск», Госстат публикует со значительным опозданием (последние данные за 2013 год), ВДС в сельском хозяйстве составляет 9,9% общего показателя по экономике, в пищевой промышленности — 3,4%, в металлургии и металлообработке — на 1,8%, а в машиностроении — 3,5%. Если сравнить это с численностью занятых в названных отраслях да еще и учесть, что в 2013 году доля металлургии и машиностроения была выше, чем сегодня, то становится очевидно: валовая добавленная стоимость на одного занятого в пищепроме куда выше, чем в машиностроении, и почти вдвое — чем в металлургической промышленности и металлообработке. А это в очередной раз подтверждает, что сегодня большинство наших предприятий и в машиностроении, и в металлургии с металлообработкой значительно менее экономически эффективные и перспективные, чем в АПК.

Не соответствует действительности и распространен стереотип, будто развитые страны мира специализируются в международном разделении труда на производстве готовых промышленных товаров с высокой добавленной стоимостью и импортируют сырье включительно с сельскохозяйственной.

Это актуально только для тех экономик, которые имеют объективный дефицит определенных видов промышленной и сельскохозяйственной сырья или не обеспечены сельскохозяйственными угодьями, как на свое количество населения (скажем, Германия, Великобритания, Япония, Южная Корея или Тайвань). Однако так же вынужденными импортерами сырья и продовольствия и экспортерами готовой продукции есть ряд бедных стран со значительной плотностью населения и нехваткой ресурсов и сельскохозяйственных земель. Зато развитые экономики, которые имеют достаточно промышленного сырья или большой аграрный потенциал, не комплексуют по поводу того, что специализируются на обмене за рубежом своей сельскохозяйственной продукции на готовые промышленные товары, включая продукцией машиностроения.

Например, США с их большим дефицитом торговли. У них экспорт продукции сельского хозяйства и пищевой промышленности в 2014 году на $28,36 млрд превышал импорт. И достигнут этого результата благодаря торговле такими в основном сырьевыми группами, как семена масличных (главным образом, сои) — $25,26 млрд преобладание вывоза над ввозом; зерно — $19,56 млрд; остатки и отходы пищевой промышленности, которые используются как корма для скота — $8,94 млрд; хлопок — $5,44 млрд; плоды и орехи — $2,22 млрд; мясо — $9,35 млрд; молочные

продукты, яйца и мед — $3,65 млрд и тому подобное.

В целом продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье, по которым США являются чистым экспортером, обеспечили им совокупно в 2014 году $78,73 млрд положительного баланса внешней торговли, став таким образом одной из основных статей специализации страны в мировом разделении труда. Что же касается большинства других товаров пищепрома (прежде всего тех, которые считают продуктами с более высокой степенью обработки и большей добавленной стоимостью) Соединенные Штаты являются рынком сбыта для иностранных производителей. Среди импортируемой продукции вина и другие алкогольные напитки, готовые изделия из мяса и рыбы, овощи, сахар и готовые кондитерские изделия из него, готовые изделия из овощей, фруктов и орехов, шоколад и тому подобное.

Зато если не брать во внимание нефть и нефтепродукты (объем чистого импорта которых в США в последнее время стремительно уменьшился из-за падения цен и роста внутренней добычи), то три крупнейшие товарные группы, по которым страна в 2014 году была чистым импортером, — это разнообразное оборудование (машины, ядерные реакторы, котлы) — $104,54 млрд; наземный транспорт, кроме железнодорожного; — $125,08 млрд; электроника и электротехника — $142,4 млрд. Совокупно это сформировало для США $372,02 млрд торгового дефицита. Иначе говоря, они были рынком сбыта для производителей соответствующей готовой продукции из других стран, а не продавцом ее за границу.

В машиностроении США являются чистым экспортером продукции только авикосмической промышленности — $90,89 млрд, в очень незначительных объемах, как на масштабы ее экономики, вагонов и локомотивов — $2,02 млрд, а также продукции судостроения — $1,96 млрд. Однако, как нетрудно заметить, этих объемов явно недостаточно, чтобы выровнять дефицит за другими отраслями машиностроения. Дефицитной торговля США есть и по ряду других готовых промышленных товаров: продукции легкой промышленности — $124,95 млрд дефицита; мебели и сборных конструкций — $40,12 млрд; фармацевтической продукции — $28,6 млрд; черных металлов — $15,62 млрд; изделий из них — $15,01 млрд.

Чем не классическая «сырьевая колония» по логике критиков АПК как одной из приоритетных отраслей экономики в Украине? Впрочем, американцы мыслят не стереотипами, а реальной рыночной мотивацией, рентабельностью и объективными преимуществами, которые имеют их страна или конкретные производители в

мировом разделении труда.

Здравый смысл, а не комплексы

Нет ничего плохого в том, чтобы, развивая свою экономику, Украина ориентировалась на отрасли, которые при сравнительно незначительных капиталовложений в создание одного рабочего места могут дать заработок ее гражданам и продукция или услуги которых найдут свою реальную нишу на мировом рынке. В то же время не стоит исходить из логики престижности определенных секторов или производств, что в основном требуют колоссальных капиталовложений и сбыт которых является проблематичным.

Мировые реалии таковы, что высокотехнологичные отрасли работают прежде всего на заказ тех стран, где развиваются, и лишь часть своей продукции могут сбывать за их пределами. Они требуют колоссальных вложений в научно-технические разработки. А Украина как государство и тем более отечественный бизнес еще много лет не смогут самостоятельно финансировать мощных заказов на продукцию высокотехнологичных отраслей. В ряде отраслей нашей экономики и до сих пор экономически рентабельнее выдавать заработную плату 20-30 работникам, тогда как аналогичную работу могут выполнять машины, которые уже давно существуют, и один, двое или трое операторов. Однако стоимость такого оборудования и оплата работы этих специалистов значительно дороже, чем ручной труд тех двух-трех десятков человек. Это печальная правда, и от нее никуда не деться в нынешних условиях острого дефицита в стране рабочих мест даже в самых простых отраслях.

Стране с ВВП €70-80 млрд, госбюджетом €15-16 млрд (которого, вполне закономерно, не хватает на самое необходимое для 39-миллионной нации) и государственными расходами на всю научную сферу около €100 млн за год конкурировать со значительно более развитыми и мощными экономиками в наукоемких и престижных высокотехнологичных секторах не под силу. И даже вредно. А чтобы получить такую возможность, нужно сначала нарастить объем производства несложной продукции и услуг, реальную эффективную занятость и увеличить как государственный, так и частный спрос в разы за счет сравнительно простых отраслей, результаты труда в которых востребованы на мировом рынке и реальные для украинского бизнеса.

Придется по крайней мере на некоторое время смириться с тем, что самые престижные и наиболее высокотехнологичные отрасли могут долго развиваться только в форме кооперации или выполнения определенных работ для заказчиков из передовых стран. В конце концов, стоит осознавать, что машиностроение и высокотехнологичные разработки всегда так или иначе связаны с одним базовым сектором. Например, когда речь идет о производстве более современных машин, оборудования для сельского хозяйства или пищевой промышленности, оборудование для их производства или программирования, связанного с этими отраслями.

Поэтому независимо от деклараций власти или пожеланий теоретиков фактическая переориентация украинской экономики, внимания иностранных инвесторов и отечественных предпринимателей, прежде всего в АПК, энергосбережения или ИТ-технологии видится закономерной, логичной и такой, что в перспективе может дать оптимальный эффект для страны в целом.

В агропрома Украины есть значительное преимущество — мощный неиспользованный ресурс, в котором в расчете на одного жителя не существует аналогов в Европе, да и в мире их немного. Зачем этим пренебрегать? ИТ-отрасль не требует значительных инвестиций, имеет достаточное количество мотивированных людей, которые готовы в ней работать, и спрос на свои услуги за рубежом, вполне реальный, а не гипотетический. Сектор энергосбережения у нас тоже с колоссальным потенциалом, ведь экономика очень энергозатратная и энергетика недостаточно диверсифицирована. Необходимость решения этих двух проблем гарантирует устойчивый спрос на много лет вперед.

Это касается и развития атомной энергии и наращивания аккумулирующих и балансирующих мощностей для нее благодаря ГАЭС. Ведь Украина — уникальная страна, которая импортирует фактически все атомное топливо на $600-700 млн в год и платит за временное хранение его отходов другим, имея все предпосылки для создания замкнутого цикла в себя. Более того, у нас есть большой дефицит для аккумулирования атомной энергетики в периоды малых объемов потребления и ее использование на пиках.


Боевики ИГИЛ с боями захватывают Пальмиру
Боевики ИГИЛ с боями захватывают Пальмиру
01:16 2016-12-11 18

Боевики ИД с боями снова вошли в сирийскую Пальмиру – СМИ
Боевики ИД с боями снова вошли в сирийскую Пальмиру – СМИ
23:16 2016-12-10 16

США усилят свое присутствие в Сирии
США усилят свое присутствие в Сирии
15:16 2016-12-10 19

США направляют в Сирию дополнительные войска
13:16 2016-12-10 14

Конгресс США поддержал выделение $350 млн военной помощи Украине
09:15 2016-12-10 15

Генеральная Ассамблея ООН призвала прекратить бои в Сирии
03:15 2016-12-10 21

Россия официально выступила против прекращения огня в Сирии
23:17 2016-12-09 29

Кортеж Эрдогана попал в ДТП в Стамбуле
19:16 2016-12-09 19

Кабмин не поддержит размещение мигрантов в Украине
13:18 2016-12-09 14

Обама снял ограничения на поставки оружия сирийским повстанцам
09:17 2016-12-09 17