Роман Безсмертный: «Нам надо готовиться к серьезному и длительному противостоянию с Россией»

16:00 2016-02-11 73 вопрос все европейский конфликт процесс

Рейтинг 2/5, всего 7 голосов

Как выбраться из ловушки минских договоренностей и есть ли вообще перспективы и смысл перезапуска этого процесса в формате так называемого Минска-3?

— «Минск-3» — это тривиальная фраза, которая означает лишь то, что все, что было связано с Минском-2, умерло 1 января 2016 года. И не случайно: с тех пор стали происходить определенные вещи, которые трудно понять. Буквально за несколько дней после Нового года мы услышали от Путина фразу о какой-то новый план реализации, а украинский президент сказал, что нужна розлогіша дорожная карта. Венцом напряжение, а заодно и тупиком стала новая упоминание о внесении изменений в Конституцию Украины, озвученная представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей. И этот сюжет, по сути, является отвержением на старт с позиций реализации минских договоренностей.

Если украинский истеблишмент, украинский гражданин рассматривал 1 января как конец мучений, связанных с минским процессом, то в Москве считали, что это только их начало. Вот диаметрально противоположная разница в характеристике этого процесса. Очевидно, что ответом на дискуссию было решение «нормандской четверки» продолжить переговоры, и они возобновились. Появились новые задачи: попробовать в течение такого-то срока договориться о том или том, но… Не решив вопрос безопасности блока, а первый, второй, третий пункты комплекса мероприятий, двигаться дальше фактически означает работать против воли суверена и создавать дополнительное напряжение.

Уже понятно, на каких принципах возможно перезагрузка процесса?

— В феврале должна состояться встреча министров иностранных дел стран «нормандской четверки», а через некоторое время разговор или видеоконференция и самой «четверки». Будет обсуждаться дальнейшее возможное движение по указанным вопросам. Я никому не диктую никакой воли, лишь оцениваю ситуацию по тому, что вижу. Если не решать безопасный блок, дальше не то что двигаться, а говорить о политических вопросах и меры невозможно. Потому что такое безопасный блок? Это прекращение огня и выполнения первого и второго протоколов (про тяжелую и легкую оружие, плюс танки, процедура разминирования), которые фактически торпедовані через восстановление не только обстрелов, но и стычек и боев на отдельных участках линии разграничения. Поэтому очевидно, что это отразилось на той части диалога, который ведется, и перспективах политического процесса. Внесение предложений или скорее текста, ибо назвать его документом нельзя, ведь он без адресата, без подписи и подан не участником Трехстороннего контактной группы, я расцениваю как попытку России вернуться к старту реализации минских договоренностей и начать снова с процедуры внесения изменений в Конституцию. Далее РФ на свой лад будет трактовать безопасный блок вопросов, а затем экономический, гуманитарный, политический.

Читайте также: Мир об Украине: «Немецкое правительство не уменьшит давление на стороны конфликта на Донбассе»

Как, по вашему мнению, может отреагировать Украина в этой ситуации, несмотря на откровенно деструктивную позицию России?

— Я склонен даже рассматривать прекращение обсуждения политических вопросов. Потому что риторика российской стороны очевидна и понятна, не видно ее реальных шагов и желания, исходя из предложений, прекращать конфликт. Да, он перешел из стадии открытых фронтовых боев в стадию конфликта, где есть стычки, мелкие столкновения, но конфликт продолжается, напряжение не спадет. Сигналом о том, что Россия начинает что-то делать, стало бы открытие ею своих гуманитарных конвоев и демонстрация того, что она ввозит на территорию Украины. Ведь надо понимать, что все европейские международные документы категорически запрещают закрытые перемещения с судніх или других государств. Тем более что это влечет за собой серую зону, целый ряд угроз для европейского континента, как, скажем, распространение через ту территорию военных арсеналов, боеприпасов и тому подобное. Это не только противоречит европейским документам, а еще и подпадает под нормы Римского статута.

Заявления некоторых европейских политиков о возможном смягчении санкций в отношении России свидетельствуют о непонимании ситуации и истинных намерений Путина или они все еще верят в возможность о чем-то с ним договориться?

— Очевидно, что сказанного выше достаточно, чтобы продлить санкции и прекратить любые разговоры о будущем с Россией. И на этом фоне я очень тяжело воспринимаю увязывание проблематики Донбасса с санкциями. Неужели недостаточно Крыма, самого распространения оружия, которое Россия осуществляет на территории соседней страны, чтобы понять, что это колоссальная угроза существованию Украинского государства как такового и существованию европейского сообщества в принципе?

Одном из европейских руководителей я сказал: «Если вы еще раз в разговоре со мной используете аргумент санкций, она будет последней. Здесь нет о чем говорить». По моему мнению, это внутриевропейская проблема, а не ответ на суть вопроса. А поэтому нынешние разговоры о возможном снятии санкций взамен определенных встречных шагов со стороны России является свидетельством того, что европейский истеблишмент частично перекуплен ней, и это надо признать и понимать.

Означает ли это, что каких-то более радикальных шагов, кроме санкций, от наших западных партнеров в ближайшее время ожидать не стоит?

— Кроме того, что мы можем рассчитывать на помощь, нам надо готовиться к серьезному и длительному противостоянию с Россией. Не как с оппонентом — как с врагом. Следует начать называть привычными и понятными именами все, что происходит. Почему? Потому что у нас военнопленные — это до сих пор незаконно удерживаемые лица, бои на линии фронта — антитеррористическая операция, а меры, которые принимает ООН — гуманитарная акция. Отсюда проблемы применения международных силовых компонентов. И только назвав все своими именами, мы сможем рассчитывать на честность и открытость позиций и европейцев, и международного сообщества. Только тогда станет понятно, что в геополитическом смысле такая конфигурация требует серьезных пересмотров и изменений на европейском континенте. Сегодня она не выдерживает критики, и если бы не североатлантический блок, который подпирает эти координационные безопасности европейские структуры, вообще не было бы о чем говорить.

Шаги, сделанные Россией на международной арене, в частности в Сирии, попытки восстановить противостояния в Карабахе, ситуация в Приднестровье и Молдове, абсолютно деструктивные акции на европейском континенте, поддержка лево — и праворадикальных сил, втягивание в процесс русского православия, колоссальная информационная экспансия на европейском рынке — вот ряд задач, над которыми надо думать. И прежде всего найти ответ, как сегодня обезопасить от дальнейшей российской агрессии страны Междуморья, потому что они первые попадают географически под этот удар.

Читайте также: есть Ли перспективы? Крым и действующая власть в Украине…

Эти вопросы уже стоят на повестке дня европейских и мировых политиков или конфликт в Сирии понемногу отодвигает украинский вопрос на задний план, чего, кажется, и добивалась Россия?

— По моему мнению, у Европы есть два пути. Или украинско-российский конфликт укрепит ее, еще более объединит, или она просто расколется на украинском вопросе. Не следует забывать, что украинский вопрос не стоит на чашах весов по ту сторону от сирийского. Все это составляющие глобальной политики и кризиса. И не можно, меняя Конституцию Украины, решать вопрос Сирии. Оно так не решается. Эта нашарованість, многоаспектность создают впечатление неразрешимости проблемы. Но, во-первых, абсолютно всем действиям необходимо дать четкую правовую оценку. Международно-правовые и европейские документы позволяют это сделать. Во-вторых, надо объективно смотреть на происходящее. Например, когда мы говорим о военнопленных, то их нельзя называть незаконно удерживаемыми лицами и т. др.

Эти противоречия на самом деле уже создали очень много проблем. А что будет дальше, когда встанет вопрос привлечения к ответственности виновных? Как классифицировать их правонарушения с точки зрения международного и национального права? Ведь не все участники от той стороны по собственному убеждению и желанию взяли оружие. Только никто о них не будет говорить, потому что они в нынешней ситуации террористы, а мы прекрасно понимаем: с террористами разговор не ведут, они не подпадают под амнистию. А теперь представим, что на каком-то этапе договоренностей все-таки надо будет говорить об амнистии. Кого? Террористов? Ну тогда читайте Римский устав, ст. 6-8. И возникает множество таких проблем. Назвав это украинско-российской войной, мы признаем ее международным конфликтом, что мгновенно сказывается на участии в процессе ОБСЕ и ООН. Но, на мой взгляд, здесь лучше быть честным перед собственным народом и называть все происходящее своими именами. Почему? Потому что если для украинского народа это война, то что тогда делают Леонид Кучма, Евгений Марчук, Ирина Геращенко, Роман Бессмертный в Минске?

Читайте также: имеет Ли власть план «Б»?

Вообще все от самого начала поступила Россия, является международным преступлением, и только так это можно классифицировать, только так можно искать ответы на вопросы завтра, послезавтра и дальше. На все эти вещи начиная с 1946 года в Женевской конвенции дан исчерпывающий ответ. Там все выписано в деталях. Какой статус имеют участники конфликта, люди, регулярные воинские части, добровольческие части.

И все же есть ли какие-то перспективы выхода из этого коллапса?

— Москва сознательно довела ситуацию до правового хаоса. Россия часто так делала, унаследовав соответствующую практику из Советского Союза. Поэтому мир должен ответить на это единством в нескольких направлениях. Первый — новые подходы в вопросах глобальной безопасности, и РФ должна минимально влиять на них. Я не говорю, что она не должна быть участником мирных процессов, но это вето Совбеза ООН никуда не годится. Такие подходы надо менять. Тем более что об этом уже говорят последние лет пятнадцать. Второй — полная смена параметр безопасностив действий на европейском континенте. Если это НАТО, то НАТО, и не надо начинать с ОБСЕ и всеми остальными. Потому что получается как пятое колесо к телеге. Далее. Надо понять, что Украине не избежать постоянной стабильной подготовки к конфликту. Это требует очень серьезных изменений, начиная от Конституции и заканчивая доктринами и законодательством в сфере национальной безопасности. Каждый украинец после того, что произошло, и после того, что происходит в течение последних двух лет, должен уметь пользоваться оружием. А значит, перед нами стоит целый ряд задач: поменять всю эту составляющую общего образования к службе в Вооруженных силах. Уже очевидно, что мы имеем статус, в котором находится Израиль, и нам надо научиться жить с этой проблемой.


Глава британского МИД отложил поездку в Москву
Глава британского МИД отложил поездку в Москву
20:16 2017-03-27 5

Истребители НАТО отработают полеты над Эстонией
Истребители НАТО отработают полеты над Эстонией
10:16 2017-03-27 13

Иран ввел санкции против 15 фирм США
Иран ввел санкции против 15 фирм США
16:16 2017-03-26 11

В РФ удивлены и разочарованы новыми санкциями от США
14:17 2017-03-26 20

В Болгарии проходят досрочные парламентские выборы
12:16 2017-03-26 10

США ввели санкции против восьми компаний России
04:15 2017-03-26 16

США ввели новые санкции против российских компаний
23:16 2017-03-25 16

Джейк Джилленхол сыграет в фильме о борьбе с ИГИЛ
21:19 2017-03-25 13

Не менее 16 человек погибли в результате авиаудара по тюрьме в Сирии
13:18 2017-03-25 12

В США снимут фильм о войне американца с ИГИЛ
03:18 2017-03-25 13