ЯЗЫКОВОЙ РУБИКОН С ПОЛЯКАМИ: Люблинська уния 1569 года

01:00 2016-08-03 46 польский украинский уния шляхта язык

Рейтинг 4/5, всего 4 голосов

Рубоконовою событием для Украины в общеполитическом и языковом плане стала Люблинська уния 1569 года. Униатский акт, утвержденный сеймом 1 июля 1569 года, провозглашал образование нового федеративного государства "двух народов" (украинцы к ним не относились) – Речи Посполитой, что ее должен возглавлять один монарх, который был одновременно и королем польским и великим князем литовским. Общим становился и законодательный орган – сейм "двух народов" (литовцев и поляков), а также сенат, в который входили высшие должностные лица в качестве Великого княжества, так и Королевства. В то же время в униатских привилегиях Волынского, Брацлавского, Киевского воеводств задекларировано, что они присоединяются к Польского королевства как "равные к равным, свободные к свободным", подтверждено сохранение древних границ с устоявшейся сетью самоуправляемых благородных институтов и судебно-административных органов, подтверждено действие Литовского Статута, гарантировано сохранение староукраинского языка (русского) языка в местном справочинство и быту – то есть униатский акт 1569 года гарантировал жителям присоединенных земель культурно-административную автономию в пределах Речи Посполитой [Белоус 2010, с. 76].

Такая "минималистическая программа" региональной автономии вытекала прежде всего из недостаточного уровня самостоятельного политического самосознания украинской аристократии. После Люблинской унии в юридических актах все реже наталкиваемся на этнонимы русин и лях, национальная отличие будто игнорируется и сливается в одном понятии "шляхта и рыцарство закона греческого и римского" [Жмир 1991, с. 152].

Во время заключения унии особым раздражителем был языковой вопрос, поднятый, в частности, волынской шляхтой в отдельной петиции к королю (Луцк, 29 марта 1569 года), где шляхта, получив от короля универсал о необходимости присягнуть ему на верность, в своем письме выразила удивление написанием его на польском языке [Mazur 2003, с. 43, 54]. Языковое раздражение через глубокое возмущение проявила и польская сторона (послы коронные), когда вместе с письмами короля Сигизмунда Августа от Константина Острожского, Александра Чарторыйского и Сангушко увидели письмо от луцкого римско-католического бискупа Вербицкого (Wierzbickоego), написанного на русском языке [Mazur 2003, с. 51]. Проливает свет на это событие поляк, участник тогдашних сеймовых событий, отмечая в своем дневнике, что бискуп "тоже Русин. А видно это из того, что до Короля не написал он письма ни по польски, ни по латыни, только по руски" [Липинский 1991, с. 223].

Однако самым важным было другое: именно Люблинська уния нарисовала языковую линию разделения между присоединенными землями и метрополией, противопоставив староукраинский (русскую) язык справочинства польской и латинской как свой язык чужим. Знаковым является и то, что эти привилегии так и не были переведены на староукраинском (русском) языке. Несмотря на то, вступая в унии с Польшей, западнорусская шляхта таки пыталась оградить свой народ от чужеземного влияния. Главные основы бытия этого народа заключались в староукраинском (русской) языке и православной вере [Арх. ЮЗР 1861, ч. II, т. I, с. ХХХIV]. Можно констатировать, "что в ХIV-ХVI вв. этническое украинское "мы" проявлялось в формах осознания отличия собственной территории, языка, религии и права. Каждая из этих форм представлена не отдельно, а в единстве, переплетено: право на традиционной территории разговаривать на своем языке, исходя из основ своей религии; собственная речь на традиционной территории как средство вероисповедания и права; наконец – традиционное вероисповедание на своей территории за свой язык, за своим правом" [Жмир 1991, с. 150].

Подтверждает установку на окремошне языковое существование новозаснована Русская метрика – отдельные 29 книг в польской коронной канцелярии для украинских земель, куда в течение 1569-1673 гг. записывали на староукраинском (русской) языке различные грамоты, привилегии, завещания и другие документы, выданные коронной канцелярией или канцелярией подканцлера, а также судебные декреты, сеймовые постановления и тому подобное, что касались Киевского, Волынского и Брацлавского, с 1635 года и Черниговского воеводств. Документы, что касались западноукраинских земель, то есть Русского и Белзского воеводств, вошедших в состав Польши еще в ХIV ст., а также Подольского воеводства, образованного в составе Короны в ХV ст., записывали на латыни, как и соответствующие книги Коронной метрики. Самоназвания тех книг на ту пору свидетельствуют о несомненно выделенный в них языково-этнический акцент: "Реестр дел русских", "Книги актов по-русски писаных…", "Русские книги Большой канцелярии" [Громстед 1989, с. 53-54, 57].

В составе ВКЛ осталось только Южное Полесье и часть Подляшья – это означало, что почти вся заселенная территория нынешней Украины, кроме Закарпатья, Буковины, Черниговщины и северо-западных окраин, оказалась в составе Речи Посполитой, а польские магнаты и шляхтичи, получив право приобретать земли в Украине еще в 1564 году на Варшавском сейме [Арх. ЮЗР 1861, ч. II, т. I, с. XXI], стремительно увеличивали соцояльну основу носителей польской, а не украинской (русской) речи. За неполных пол века процент украинцев, владевших имениями и занимали должности в руководящих органах Волынской и Киевской земель стремительно уменьшился, а в некоторых правительствах, в частности в Овручском старостве, их не было уже вообще [Мойсиенко 2006, с. 341]. Странно, что это дает основания некоторым исследователям высказываться о естественный, добровольный и незаметный переход украинцев-русинов на польский язык: мол спецояльних постановлений запреты или ограничения украинского языка не было.

Сразу за год после Люблинской унии украинская шляхта обращается к королю с требованием сохранить права украинского языка, гарантированные актом 1569 года. В частности, известные нам требования киевской шляхты 1570 года, брацлавской – 1576 года, волынской – 1577 года, русской шляхты на Варшавском сейме 1590 года [Мойсиенко 2006, с. 338; Огиенко 1995, с. 102]. Это свидетельствует о постепенном, но наступательное и неспиннне вывода староукраинского языка (русского) языка из сферы справочинства. Главный негативный результат Люблинской унии – это выделение шляхты из общей массы населения и повышение его за счет других сословий. Получив привилегированное положение и познав прелести власти, западнорусская шляхта стала стремиться полной ровноправности с польской шляхтой, а следовательно, полной ассимиляции с ней, чего без уневажнення староукраинского языка (русского) языка сделать было невозможно. Таким способом на украинских землях в составе Польского государства начала утверждаться украинско-польское двуязычие, что стала мостиком к водступницького ополячивания украинцев.

Кардоограмою полонизации можно считать подписи, которые оставляла шляхта в своих документах. Характер подписи под документом, а также общественный статус ее носителей свидетельствует сборник документов Брацлавского воеводства (496 документов от 1566 до 1606 года) [ДБВ, с. 45]. Примечательно, что 42 магнаты и шляхта, которые владели в Брацлавском воеводстве земельными поместьями, в разных документах сборника подписались по-украински – тогда как на польском подписались 19 человек, из которых восемь – украинского происхождения. Поэтому можно утверждать, что начала формироваться тенденция к ассимиляции, хотя "землеволодольча шляхта Брацлавского воеводства все первые сорок лет его существования в целом была верной своем родном языке. Это же, наверное, касается и низших слоев тамошней шляхты" [ДБВ, с. 110]. В то же время поляки системно работают над утверждением статуса польского языка: с 1543 года разрешено употреблять польский язык наряду с латинским, а сейм 1552 года определяет польский язык необходношу за латинскую [Огиенко 1930, с. 42-43].

От конца ХVI века. можно говорить о распространении среди украинской шляхты и казацкой старшины польского языка. Наступает новая эпоха украинско-польского двуязычия как следствие агрессивной политики полонизации и в то же время отступничества украинской шляхты. В течение последней трети ХVI века. – нач. ХVII века. в католицизм перешли почти все княжеские семьи украинского или белорусского происхождения. Трагизм этой ситуации заключался в денационализации экономически мощной, политически влиятельной и лучше организованной слои украинского общества, которая ради сохранения и последующего укрепления своих позиций не только не поддержала борьбы украинского народа за национальное освобождение, а открыто выступила на стороне ее противников. Характерно, что процесс денационализации охватил не только господ-католиков, но и православных, позиции которых оставались достаточно прочными на Брацлавщине и Киевщине [Смолий, Степанков 2009, с. 65].

Итак, колонизация Украины Речью Посполитой и соглашательской мышления украинской ведущей слои повлекли изменение статуса украинского языка. Юрий Шевелев отмечает, что причин этого отречения "можно найти в предпочтении тогдашней польской культуры, – а только в непосредственном и посредственном давления Польши. Этот посредственный давление оказалось в том, что Польша систематически подрывала существования тех общественных слоев, которые могли быть носителями новотвореноо на основе синтеза старого "койне" и живых говоров литературного языка" [Шевелев 2012, с. 463].

Несмотря на все, положительные последствия унии оказались не только в объединении украинцев, что жили в разных государствах, но в усилении их миграционных процессов. Особенно заметным был переселенческий поток на Волынь и Киевщину галицкой шляхты, что чувствовала привлекательность службы на княжеских дворах, а также простонародья, осваивал незаселенные территории Брацлавщины и Киевщины, массово основывая новые города и городки на основе магдебургского права. Только в Брацлавском и Киевском воеводствах возникло более 300 городских поселений. Основной контингент переселенцев составляли беглецы из барских имений, то есть самые смелые, энергичные, волевые и решительные жители сел и городов Галичины, Волыни, Западного Подолья, севере Киевского воеводства. Следствием колонизации стал значительный демографический прирост: численность населения на юго-восточных территориях в течение 1569-1648 годах. выросла в 20-30 раз. По своей интенсивностью и массовостью колонизация Юга и Востока Украины не рис себе равных в Европе и во многом опередила всемирно известную колонизации "дикого" запада Америки [Белоус 2010, с. 77; Смолий, Степанков 2009, с. 69]. С языковой точки зрения эти миграционные движения породили юго-восточные говоры, которые легли в основу современного украинского языка.

Завершилось века заключением религиозной Брестской унии 1596 года, нетленное значение которой в переосмыслении новых територояльних устройств "в политических категориях": уния расколола привычные для Средневековья представление о объединенность этноса верой, конфессиональности, что лишь подтвердило ходьбе Украиной ранньомодерного времени. Несмотря на борьбу "Руси с Русью", уния викристалозовувала этно-национальный фактор. Не случайно униатская церковь медленнее вводила польский язык, чем православная: польский язык начал доминировать в ней от 1650 года.

Церковная уния появилась на массовом общественном сознании широких слоев "простого" населения: мещан, казаков, крестьян, которые восприняли ее прежде всего как "межнациональный конфликт, порожденный желанием "польского" народа подчинить себе "русский" народ в Польско-Литовском государстве" [Флоря 1997, с. 128-129]. Единственной силой, которая была способна защитить права украинского (русского) народа именно от ХVII ст., стало казачество, в перечень защиты прав и вольностей которого неизбежно входила украинская (русская) речь как одно из средств отличия от поляков. Именно такое масштабное охват межэтнического противостояния в Речи Посполитой вроде бы только на религиозной основе выводит значение этой унии за рамки церковной истории, превращая ее со временем в один из факторов освободительных войн на протяжении ХVII ст., а также в определяющий исторический движитель всего следующего века.

Противопоставление ляха-католика и украинца (русина) -православного как воплощение этнической належности – основной вывод двух уний, то есть объединений того, что объединить было невозможно, а также создание новой этно-национальной парадигмы вне конфессиональной належности: украинец (русин) – это не обязательно православный.

Экспрессивно продоягностував последствия Брестской унии воспитанник польского канцлера и великого гетмана Яна Замойского, посол в Турции и Франции, основатель Добромыльского культурного центра вместе с типографией и монастырем Ян Щасный-Гербурт (1567 г. н.): "Потому что знаю хорошо о том, что с ними [украинцами (русинами). Ф.] творится, начав от Брестского съезда. Знаю хорошо, как на сеймиках подают им надежду, а на сеймах шикають. На сеймиках братьями называют, а на семах – отщепенцами. Это я знаю, потому что все это правда. Но чего они хотят от того благородного народа, каким советом и какой целью они руководствуются? Я никаким образом понять не могу. Потому что когда хотят, чтобы Русы не были в Движении, – то это дело неподобна, и это все равно, если сравнить, если бы им захотелось, чтобы море было вблизи Самбора, а Бершадь неподалеку от Гданьска" [УСПД ХVII ст., т. II, кн. 2, с. 179].

Так вот эта далекая история требует от современников углубление в польско-украинские отношения как имперско-колонизационные со стороны Польши и утверждение УКРАИНСКОГО ЯЗЫКОВО-НАЦИОНАЛЬНОГО ДОСТОИНСТВА, а не рабского принятия новых сложных вызовов в польско-украинских отношениях, возникших через дикарское постановление Польского сейма от 11 июля 2016 года.

P. S. Дальше будет. Больше об этом в моей монографии "Общественный статус староукраинского языка (русского) языка в ХIV-ХVII веках: языковое сознание, языковая действительность, языковая перспектива", Львов, 2015. – 656 с.

Литература и источники

Белоус 2010 – Белоус Н. А. Люблинская уния 1569 г.: историографические взгляды и интерпретации // Украинский исторический журнал. – 2010. – N1. – С. 65-83.

Громстед 1989 – Громстед П. Кеннеди. Русская метрика: книги польской коронной канцелярии для украинских земель (1569-1673 гг.) // Украинский исторический журнал. – N5. – 1989. – С. 52-62.

Жмир 1991 – Жмир В. Ф. На пути к себе (История становления украинского национального сознания) // Философская и социологическая мысль. – 1991. – N1. – С. 144-162.

Липинский 1991 – Вячеслав Липинский. Украина на переломе 1657-1659. Заметки к истории украинского государственного строительства в XVII-м веке. Произведения. – Филадельфия, 1991. Том 3. – 346 с.

Мойсиенко 2006 – Мойсиенко В. М. Фонетическая система украинских полесских говоров в ХVI-ХVII веках. Монография. – Житомир, 2006. – 448 с.

Огиенко 1930 – Огиенко Иван. Украинский литературный язык XVI-го и украинский Креховский Апостол. – Варшава, 1930. – Т. I. – 520 с.

Огиенко 1995 – Иван Огиенко. История украинского литературного языка. – К., 1995. – 293 с.

Смолий, Степанков 2009 – Валерий Смолий, Степанков Валерий. Украинская национальная революция ХVII века. (1648-1676 рр.). – К., 2009. – 447 с.

Флоря 1997 – Флоря Борис. Национально-конфессиональная сознание населения Восточной Украины в первой половине ХVII века // Брестская уния и внутренняя жизнь Церкви в ХVII веке. Материалы Четвертых "Берестейских чтений". – Львов, 1997. – С. 125-147.

Шевелев 2012 – Шевелев Юрий. Польский язык в Украине в ХVI-ХVII веках. (памяти Антуана Мартеля) // Очерк современного украинского литературного языка и другие лингвистические студии (1947-1953). – К., 2012. – С. 456-467

Mazur 2003 — Mazur Karol. Nieznana petycja szlachty woyskiej do krla w dobie sejmu Lubelskiego 1569 r. // Социум. Альманах социальной истории. – 2003. – Выпуск 2. – С. 41-56.

Арх. ЮЗР 1861, ч. II, т. I – Архивъ Юго-Западной Россои… – К., 1861. – Ч. II. – Т. I. – 530 с.

ДБВ – Документы брацлавского воеводства 1566-1606 лет / Упорядн. Крикун Н., Пиддубняк А. Вступление М. Крикуна. – Львов, 2008. – 1217 с.

УСПД ХVII ст., т. II, кн. 2 – Тысяча лет украинской общественно-политической мысли. В 9-ти т. – К., 2001. – 536 с.


Террористы ИГИЛ взяли на себя ответственность за взрыв в Манчестере
Террористы ИГИЛ взяли на себя ответственность за взрыв в Манчестере
07:22 2017-05-24 8

В ИГИЛ рассказали, как устроили теракт на концерте в Манчестере
В ИГИЛ рассказали, как устроили теракт на концерте в Манчестере
20:17 2017-05-23 20

В ИГИЛ рассказали детали об организации теракта на стадионе Манчестера
В ИГИЛ рассказали детали об организации теракта на стадионе Манчестера
18:23 2017-05-23 20

«Исламское государство» взяло ответственность за теракт в Манчестере
16:19 2017-05-23 16

Офицер из Новосибирска погиб в Сирии
07:22 2017-05-23 22

Названы темы неожиданных майских переговоров Путина и Макрона
20:15 2017-05-22 9

В Сирии погиб еще один путинский «ихтамнет»
16:15 2017-05-22 29

Все сирийские повстанцы покинули город Хомс
08:17 2017-05-22 12

«Мумия»: финальный удлиненный трейлер выдал «козыри» фильма
22:20 2017-05-21 16

Вася Обломов высмеял российское телевидение в новом клипе
21:22 2017-05-21 33