По кругу страха: кто и зачем пугает украинцев

18:41 2016-07-29 22 власть военный политический положение страх

Рейтинг 1/5, всего 2 голосов

Две недели подряд СМИ массово ужасали общество перспективами едва не кровавого сценария, который могут устроить в Киеве носители скрєп "Русского мира".

Этот сериал воображаемых ужастиков, к сожалению, сейчас уже становится абсолютно привычным и типичным для того сюрреалистического информационного круговорота, в котором вынуждены жить украинцы, которых, кажется, сознательно погружают в круг постоянного страха. Водят специальным странным маршрутом от одного негативного ожидания к другому.

Нечего говорить, что мы имеем дело с технологией, ведь людьми в таком состоянии легче манипулировать и управлять.

Такое расшатывание, бесспорно, является составляющей гибридной войны. Государство-агрессор имеет очень большие наработки и умения в этой области. И то, как Россия расшатывает внутреннюю ситуацию в Украине, удивления не вызывает.

А вот что является действительно удивительным – реакции украинской власти. Иногда складывается впечатление, что вражеские технологии содержания людей в постоянном напряжении также используются и нашей властной верхушкой с выгодой для себя.

Если возвращаться к истории с Крестным ходом, то легко заметить, как снисходительно вела себя власть в то время, когда жителей столицы две недели подряд откровенно вводили в напивистеричний состояние. Министр внутренних дел философски отмалчивался. Спецслужбы также не торопились. И это только добавляло напряжения.

Но финал оказался поистине голливудским. Когда колонны уже видели окраине Киева, произошел неистовый прорыв государственнического сознания. На белом коне из солнечной Италии в Фейсбук вернулся министр внутренних дел и за сутки всех спас! В невозможный срок – такая блестящая #победа!

Вы в сказки верите? Тогда министр может требовать пол-царства…

Только вот есть несколько вопросов к поведению тех, кто, оказывается, способен за сутки решать сверхсложные задачи из сферы общественной безопасности. Почему такой странно авральный алгоритм действий? Ведь по нормальной государственнической логике, сразу после того, как стало известно о намерениях сторонников московского патриархата прийти к украинской столице, соответственно, нужно было принять решение – давать или не давать разрешение на такой массовый поход этих людей в Киев в страшную жару и за серьезного военного обострения, сложной криминогенной обстановки в стране. И уже после этого решения – соответствующие действия с объяснением украинцам логики власти. Чтобы люди жили спокойно и не испытывали страха перед неизвестным будущим. Это касается и тех, кто принимал участие в Шествии, и тех, кто встречал их по дороге, и жителей столицы. Чтобы чувствовали себя защищенными и гарантированными в своих правах все (что, кстати, на самом деле является одной из функций органов правопорядка).

Да нет. Информационная истерия была доведена до апогея.

Эта тактика вряд ли бессознательная. Создавать трудности, а потом преодолевать их под неистовое хлопанье победных фанфар – похоже на то, что мы начинаем к этому привыкать. Перед известным гей-парадом ситуация была похожей. Результат – также.

Теперь живем ожиданием очередного парада, военного. Который распорядился провести Президент по случаю 25-й годовщины Дня Независимости. Отличие лишь в том, что инициатива двух первых действ шла извне. В случае же с военным парадом ситуация намного циничней. В обществе к этой властной инициативы отношение однозначное. В таком состоянии, до которого дошла ныне государство – это бессмысленно. Тем, кто считает, что такого рода действа направлены на поддержание патриотического духа, напомним, что дата практически совпадает с иловайською трагедией, – страна фактически должна быть в трауре по сотням погибших в той трагедии. Виновных в ней так и не установлено.

В то время, когда новые вооружения в войска почти не поступают, когда сам министр обороны впадает в отчаяние, узнавая, чем кормят войско, демонстрировать 200 единиц свежевыкрашенной техники – это насущная, неотложная потребность? Особенно странно на этом фоне звучат комментарии некоторых советников Верховного главнокомандующего о том, что самолет на параде, видно, не будет. Потому что есть такие опасения (внимание!) – что по маршруту пролета появятся террористы с ПЗРК!

Блуждая вихлястою дорожкой негативных ожиданий, люди отвлекаются от многих явлений, на которые при обычных условиях должны обращать внимание. Власти это на руку, потому что она на самом деле находится в растерянном состоянии.

И этим, в частности, объясняются ее намеки на другое состояние – военный. Общество и фоне сознательного нагнетания информационной истерии, суть которой сводится к ощущению народом своей абсолютной незащищенности, зондируют на восприятие "жестких" мер. Так выглядит, что в нынешних условиях введения военного положения является эффективным инструментом решения внутриполитических проблем. Более как два года в Украине наблюдаются все признаки фактической военной агрессии, которая была весь этот период поводом для объявления ВС – по крайней мере на тех территориях, где ведутся военные действия. И несмотря на все призывы экспертов в различных сферах, военное положение официально так и не был введен. Потому что не дадут транша. Потому что нельзя изменить Конституцию. А соответствующий вариант изменений Основного Закона власти очень нужен. Др. То есть на пути введению военного положения, как императивной внутри — и международно-правовой составляющей современного управленческого процесса в Украине стояли исключительно политический интерес и политическая целесообразность.

Что же изменилось? Ответ очевиден. Именно он – политический интерес! Смахивает на то, что в настоящее время "закручивания гаек" именно в такой способ стало быть для власти целесообразным.

Очевидны ее ослабленные политические позиции. Парламентские довыборы показали, что перспективы БПП нулевые (о НФ и вспоминать нечего). Рейтинги никудышные. Когда из-под властных ног бегут политическая основа и общественная поддержка – это очень опасные тенденции.

Добавим к этому еще и такое:

— Вчерашняя часть власти стала сегодняшней прочь радикальной оппозицией;

— Армия не испытывает восторга Минскими процессами, через которые военные не могут наносить удары в ответ и каждый день мы несем потери;

— Народ, шокированный тарифным грабежом, демонстрирует прежде всего через объявленные местными властями моратории, готовность бороться за каждую свою копейку;

— Внутри самой власти также параллельно тлеет скрытая борьба за власть. Президент, премьер, несмотря на кажущееся единство, уже традиционно начинают каждый за свое;

— Фактически Нацгвардия и Нацполиция подчиняются в значительной степени политическому конкуренту премьера и президента;

— Парламент, несмотря на все реляции его законодательных прорывов и побед, является практически недееспособным. Чего стоит только процесс попытки внесения изменений в Конституцию относительно так называемой "децентрализации" и так называемая "процедура" принятие изменений к Основному Закону относительно правосудия.

Итак, президентская команда понимает, что сейчас чем дальше, оказывается наедине со своими проблемами. Главной проблемой является время, а главным ресурсом может быть человеческий страх. В случае досрочных выборов есть риск того, что большинство в Раде будет уже не пропрезидентской. Скорее наоборот.

Военное положение является определенной рефлексией на эти мины замедленного действия, заложенные под мощь власти. Которые осенью могут взорваться как в виде тарифного недовольство, так и создание условий для объявления досрочных парламентских выборов.

Итак, когда собственные политические интересы продиктовали актуальность решение о введении военного положения, оно начало обсуждаться во власти и зондуватися в обществе!

В воздухе повисла очередная тревожная перспектива…

Не учитывается властными технологами лишь то явление, о котором писал Аристотель: "Страх побуждает людей к размышлению".

К сожалению, размышления приводят большинство – от оппозиционных политиков до простых граждан – до критического осмысления действий власти. В этом контексте интересна позиция одного из самых уважаемых авторитетов – экономиста, мецената и общественного деятеля Богдана Гаврилишина. Недавно в своей статье на "Украинской Правде" он отметил, что в украинском политикуме сейчас много критики относительно действующей власти. И призвал всех переходить от "уничтожающей" критики к сотрудничеству. На примере необходимости позитивного отношения к премьер-министра Гройсмана, который, по мнению автора, является человеком абсолютно позитивной и профессиональной, а первые его "успехи" обусловлены критическим отношением парламента, что не обеспечивает необходимую для реформатора законодательную основу.

Безусловно, позиция правильная. Если бы не несколько "но". Как сотрудничать с властью, которая наглухо закрыла все возможности для подлинного общественного диалога? Которая не продуцирует поводов для широкой общественной поддержки?

Люди не злые просто так. В основе их отношения к власти есть реальное положение вещей – попытки достучаться до нее есть разговором с абсолютно неконтактным объектом. Именно таким выглядит, например, кабмин господина Гройсмана в вопросе тарифной политики. Вместо реального диалога с местными властями, профсоюзами, специалистами энергорынка, которые пытаются разобраться в том, является многократное повышение тарифов экономически обоснованным, звучат лишь обвинения в популизме, а самые "популисты" объявляются "классовыми врагами".

Поэтому должна измениться политика власти. Она прежде всего должна быть открытой.

Шаги понятны, эффективны для развития общества и государства, открытые и прозрачные – всегда вызывают поддержку.

Попытки манипулировать сознанием, сеять страх ради своей политической выгоды – вызывают отторжение.