ОПЗ: Пустой аукцион

14:41 2016-07-28 36 завод миллион оно опз предприятие

Рейтинг 1/5, всего 3 голосов

Конкурс по приватизации Одесского припортового завода (ОПЗ) был долгожданным. Его готовили почти год. На него возлагали большие надежды. Он должен был стать первым в серии крупных объектов, разгосударствленных после Революции достоинства, засвидетельствовать преданность новой власти принципам рыночности, прозрачности, эффективности, продемонстрировать инвесторам со всего мира, что преобразования в нашей стране происходят необратимые и уверенными темпами.

К сожалению, не получилось. Когда истек срок подачи заявок на участие в торгах, оказалось, что нет никакой. Возможно, для некоторых это стало сюрпризом, для многих разочарованием. Но если проанализировать все события и факты, которые сопровождали приватизационный процесс, то легко прийти к выводу, что это не случайность. Наоборот, закономерность, и даже очень симптоматична, которая хорошо показывает состояние дел в стране и готовность правительства выводить государство и экономику из кризиса.

Камни преткновения

Если одним предложением подытожить, почему конкурс не состоялся, то все просто: ОПЗ не был готов к приватизации. Этот факт имеет ряд аспектов.

Во-первых, на заводе не появился адекватный менеджмент. Арест председателя наблюдательного совета ОПЗ Сергея Переломы и первого заместителя председателя правления Николая Щурикова, которых подозревают в хищении имущества на сотни миллионов гривен, свидетельствует, что на этом предприятии, которое принадлежит государству, как и во многих подобных случаях, вероятнее всего, расплодилось много паразитов. Поскольку это типичная для нашей страны проблема, ее решение должно стать непременной частью подготовки ОПЗ к приватизации. Глава Фонда государственного имущества Украины (ФГИУ) Игорь Белоус заявил, что арест должностных лиц завода не может быть фактором, который сорвет конкурс.

Читайте также: Фонд госимущества анонсировал повторный конкурс по продаже ОПЗ

Но если есть хищения, то оно занижает объективные финансовые показатели предприятия, делает его реальную стоимость меньше, а сам завод не таким привлекательным для инвесторов. То есть государство в первую очередь должно быть заинтересовано в замене менеджмента на такой, который вывел бы этот актив на уровень его потенциала. Почему этого не было сделано? И почему аресты начались только сейчас, если объект готовили к приватизации в течение года, то есть, по логике вещей, уже давно должны были выявить все нарушения, придирчиво анализируя его деятельность с целью оптимизации? Вопросы риторические.

Во-вторых, нерешенной остается проблема с долгом предприятия. Она требует более детального описания. В середине 2013 года структуры Фирташа поставили на ОПЗ природный газ. Возникла задолженность в размере $193 млн. Эта сумма до сих пор находится на балансе предприятия в пассивах. Вместе с $53 млн штрафных санкций, которые выставили завода из-за отсутствия своевременной оплаты, образовалось финансовых претензий на почти $250 млн, с которыми структуры Фирташа пошли в Стокгольмский арбитраж.

ОПЗ не был готов к приватизации. То есть не был вычищен от разнообразных реальных и потенциальных препятствий, которые могли бы помешать его стабильной деятельности в руках нового владельца

Но есть и другая сторона медали, о которой никто не говорит. Почему тогда, в 2013-м, ОПЗ не взял простой банковский кредит, чтобы купить газ, а работал напрямую да еще и со структурами Фирташа? Финансовое положение предприятия всегда было крепким (см. «Попытка поглотить»), поэтому с получением кредита не возникло бы никаких проблем. Почему завод того самого года зафиксировал рекордные убытки? При этом даже валовой финансовый результат был в огромном минусе, что случается крайне редко и свидетельствует или о исключительно неблагоприятную конъюнктуру, или о невероятной бесхозяйственность. Почему буквально за два года собственный капитал мощного предприятия с солидным перечнем стратегических преимуществ (аммиакопровод, размещение возле порта, мощности по перевалке минеральных удобрений), которые обеспечивали ему перманентную финансовую устойчивость, упал практически до нуля? Ответ на все эти вопросы очень прост и лежит на поверхности: объект сознательно пытались обанкротить и отдать Фирташу за долги, искусственно насаженные завода структурами олигарха. Эта «гениальная» идея возникла за Януковича и вполне может войти в его послужного списка. Механизмы ее реализации должен изучать уголовное следствие: возможно, именно купленный у Фирташа газ (около половины годового потребления ОПЗ) привел к огромным убыткам, потому что он был дороже, чем на рынке, а возможно, определяющей стала бесхозяйственность должностных лиц, направленная на доведение предприятия до банкротства (ради справедливости надо сказать, что цены на карбамид и аммиак в 2013-м уже заметно упали, а на голубое топливо, которое является основным сырьем в их производстве, еще держались относительно высокие, то есть конъюнктура была неблагоприятной, но не настолько). В любом случае уголовные производства по этому поводу должны были длиться уже давно. Более того, о прецеденте ФГИУ должен был кричать во все громкоговорители, иллюстрируя на живом примере, почему нужна приватизация, почему государство не может быть эффективным собственником. Всего этого мы не увидели.

В результате формально предприятие должно Фирташевские деньги и на сегодня не имеет откуда их взять, чтобы погасить задолженность. И ФГИУ действительно должен был что-то с этим сделать, прежде чем выставлять ОПЗ на приватизацию. Было несколько вариантов решения проблемы: продать эти обязательства иным структурам, чтобы потом государство могло постепенно разобраться с ними; взять кредит, например в Сбербанке (такая ссуда появилась на балансе ОПЗ в 2014 году, но в прошлом году исчезла оттуда). Ни один из вариантов не воплотили в жизнь, проблема осталась. А значит, грубо говоря, реальная стоимость завода теперь примерно на $250 млн меньше, чем могла бы быть, потому что новый владелец должен будет погасить долги. И хорошо, если указанные судебные тяжбы не выльются в увеличение суммы задолженности, блокировки счетов ОПЗ или появление других препятствий в его работе. А это опять же лишние риски. Возможно, впоследствии, накопив определенную доказательную базу, ФГИУ сможет доказать нерыночную, преступную природу задолженности и уменьшить окончательную сумму выплат, скажем, вдвое. Но то не проблемы потенциального инвестора, и он не должен ими заниматься.

Читайте также: Глава Фонда госимущества пообещал прямой эфир с аукциона по продаже ОПЗ

В-третьих, значительно дольше тянется еще один информационный шлейф, связанный с ОПЗ. Речь идет о неудачной попытке продать его в 2009 году, когда подконтрольное Коломойскому ООО «Нортима» выиграло приватизационный конкурс и готово было заплатить за предприятие 5 млрд грн (свыше $600 млн по курсу доллара на тот момент). Но результаты конкурса отменили, потому, говорят, победил не тот, кто был в планах тогдашнего премьера Тимошенко. Видимо, качественную оценку ситуации должны давать юристы, но, на первый взгляд, правда тогда была не на стороне государства, ведь она приняла беспрецедентное, весьма сомнительное решение. Поэтому Коломойский имеет все основания рассчитывать на победу в суде. Уверен в своей правоте, олигарх теперь оказывает информационное давление на потенциальных инвесторов, сообщая о твердом намерении оспаривать результаты тогдашнего конкурса. Понятно, что инвесторы не гореть желанием приобрести актив, который у них могут забрать только за то, что кто-то его уже купил.

Но и здесь есть другая сторона медали. Почему Коломойский до сих пор не форсировал судебного процесса по поводу отмены приватизации ОПЗ в 2009 году? Ответ, кажется, очень простая. За Януковича у него не было шансов выиграть. Вообще-то не только за Януковича: в Украине судебные процессы обычно используют не для того, чтобы их выигрывать и устанавливать справедливость, а чтобы угрожать ими и с помощью них блокировать чью-то деятельность или получать другие «дивиденды». А после Революции достоинства не в последнюю очередь благодаря Яценюку на ОПЗ появился менеджмент, хорошо знакомый Коломойскому. И, вполне возможно, тот и без приватизации откачивал с предприятия часть денежного потока, поэтому не было особых мотивов бороться за официальное право собственности. Опять же в любом случае речь идет о еще одного олигарха как риск, который получил бы потенциальный инвестор вместе с купленным заводом. ФГИУ и с этим должен что-то сделать, прежде чем выставлять завод на приватизацию. Но и здесь ничего сделано не было.

Заоблачная цена

Следовательно, ОПЗ не был готов к приватизации. То есть не был вычищен от разнообразных реальных и потенциальных препятствий, которые могли бы помешать его стабильной деятельности в руках нового владельца. Это весомый недостаток. Но пальму первенства среди провалов ФГИУ, бесспорно, следует отдать стартовой цене. 18 мая 2016 года на заседании правительства утвердили, что государственный пакет 99,6% акций ОПЗ будут продавать, стартуя с цены 13 175 млн грн, или $523 млн. Это был апогей.

Но рассказ нужно начинать с момента, который был намного раньше. В 2009-м, когда ОПЗ был выставлен на продажу, его стартовая цена составляла около $500 млн. Годом ранее предприятие получило рекордные доходы — 797 млн грн (см. «Попытка поглотить»), что по тогдашнему курсу равнялось $151 млн. Это стало возможным благодаря сверхвысоким глобальным ценам на удобрения (стоимость карбамида в 2008-м, перед кризисом достигала $770 за тонну, сейчас она составляет $191, то есть вчетверо меньше), правда, в сочетании с высокими ценами на голубое топливо (стоимость российского природного газа на немецкой границе достигала перед кризисом $574 за тыс. м3, а сейчас равна $145, а это почти вчетверо меньше). Как оказалось, этот рекорд стал недосягаемым на много лет.

Если бы завод продавали перед кризисом, то, несмотря на такой уровень доходов, спокойно могли бы выторговать за него $1 млрд, а то и $1,5–1,8 млрд. Но в 2009 году, когда кризис был в разгаре, а цены на минеральные удобрения и голубое топливо уже существенно снизились, понятно, стоимость завода уменьшилась. И стартовая цена, которую тогда определил ФГИУ, была более-менее адекватной. Те более $600 млн, которые Коломойский был готов заплатить, оказались немного меньше возможного на то время максимума, на который надеялось правительство, но, учитывая тогдашнюю ситуацию в мире и отсутствие многочисленных покупателей цена была приемлемой (не так хорошая цена, как момент ибрано не слишком удачный).

Читайте также: Фонд госимущества назвал цену за Одесский припортовый завод

Сейчас цена на газ и минеральные удобрения в полтора-два раза ниже, чем на дни 2009-го, и вчетверо ниже, чем на пике 2008-го. Понятно, что, когда поделить прибыль, полученную ОПЗ в 2008-м, на 4, на сегодня это был бы предел мечтаний, но в прошлом году предприятие не получило и столько (видимо, не в последнюю очередь из-за хищения). Как в таких условиях можно выставлять стартовую цену на уровне 2009-го, к тому же учитывая то, что семь лет назад завод не имел долгов, а сейчас на его балансе их немало? Это нонсенс. Все проблемы, связанные с предприятием, о которых сказано выше, увеличивают риски получения прибылей новым инвестором. Следствие — увеличение ставки дисконтирования, что приводит к суттєвишои скидки, которую государство должно предложить, чтобы заинтересовать потенциального нового владельца. Иначе говоря, есть проблемы — нужна скидка, не было бы проблем — можно было бы обойтись без нее. Стартовая цена $523 не только не содержит дисконта, но и не учитывает текущего соотношения между ценами на удобрения и голубое топливо. Куда смотрели оценщики?

В прошлом году осенью ФГИ заявил, что нужно больше времени для подготовки ОПЗ к приватизации, потому следует изменить метод оценки. Целый год они оценивали и вышли на совершенно неадекватную цифру. На что же они тогда надеялись? По словам экспертов, швейцарский инвестиционный банк UBS, который консультировал ФГИУ, рекомендовал стартовую цену на уровне $300 млн — вполне соответствующая нынешним условиям цифра, что при наличии реальной конкуренции среди покупателей в процессе торгов могла бы вполне заметно вырасти. Но то ли Фонд, то правительство почему-то решило прислушаться позиции каких-то «независимых оценщиков».

Важно и то, что сам председатель ФГИУ Игорь Билоус имеет немалый опыт работы в инвестиционном бизнесе, поэтому должен хорошо ориентироваться в этой теме. Через два дня после объявления стартовой цены в своей колонке он доказывал, что она адекватная. Мол, предприятие покупают не на два месяца, а на 10-15 лет… Кому, как не Белоусу, знать, что основа цены — это будущий денежный поток (доходы). Именно от него зависит, инвестиция быстро окупится или не окупится вообще. А он в течение ближайших лет будет относительно небольшим, потому что падение глобальных цен на сырье приводит к кризису в развивающихся странах; все больше их граждан становятся беднее, платежеспособный спрос на пищу падает, цены на продовольствие также, а затем и минеральных удобрений уже не требуется столько, сколько раньше, чтобы прокормить тех, кому есть чем платить. Взаимосвязи простые и одновременно тесные. Исторический опыт показывает, что после подобных сырьевых кризисов цены на агропродукцию, а с ними и на удобрения восстанавливаются в последнюю очередь. Это будет давить на денежный поток завода в ближайшие несколько лет. То когда окупится такая инвестиция, если за нее заплатить по крайней мере $523 млн?

Выводы для государства

Неделю писал, что объекты, которые остаются в государственной собственности (№ 28/2016), имеют множество нерешенных проблем и трудностей в управлении. Никто не спешит все это вычищать, а про какую-то системную работу нечего и говорить. ОПЗ не исключение. Даже приведенных в этой статье проблем хватает. К ним можно добавить отсутствие гарантий бесперебойного газоснабжения (о чем как бы невзначай в своем комментарии упомянул управляющий директор Group DF Фирташа Борис Краснянский, говорил об этом и Белоус). Недавно Укртрансгаз заявил, что намерен отключить завод от газоснабжения, потом проблему вроде уладили. Но это опять же типичный для Украины пример, когда олигархи через подконтрольных им чиновников используют объекты инфраструктуры для того, чтобы перекрывать кислород тем или иным предприятиям, которые им не нравятся. Собственники «Арселормиттал Кривой Рог» (бывшая Криворожсталь), которые работают в Украине уже 10 лет, могут привести очень много жизненных примеров: то в Укрзализныци вагонов нет, чтобы возить их продукцию, то какие-то проблемы с железнодорожным полотном, то трудности в портах. Сколько потерь понес иностранный инвестор за такую недобросовестную конкуренцию украинских олигархов и кто гарантирует, что с новыми владельцами ОПЗ подобного не произойдет? Особенно учитывая то, что газовая отрасль, от которой критически зависит предприятие, в Украине политизирована.

Такая легкомысленность украинских чиновников уже не раз негативно сказывалось на стране в целом. Но проблема не изолирована. На противоположном полюсе есть вторая огромная ошибка — буквоидство и чрезмерная и невероятная формализованность.

Можно предположить, что стартовая цена на уровне $523 млн — это политическое решение, обусловленное активным сотрудничеством с Западом и надеждами на то, что сам факт этого взаимодействия поможет в поисках инвесторов. Погодите, а кто кому виноват? Украина вот уже почти год не может возобновить сотрудничество с МВФ, хотя требования последнего очень конкретные, а детализация плана действий невероятно высока. Если правительство не способно выполнить упомянутые требования и провести необходимые реформы, то на работу в каких условиях должны рассчитывать потенциальные инвесторы, на инвестиционный климат? На какое преодоления комплексных проблем ОПЗ, являются менее важными по масштабу, чем выполнение кредитной программы МВФ, можно надеяться? Конечно, иностранные инвесторы более реалистично смотрят на ситуацию. И не потому, что у них есть с чем сравнить, или они имеют альтернативные направления для капиталовложений, а потому, что на самом деле ситуация, мягко говоря, как проблемнее (и не только в Украине, но и на глобальном рынке сырья), чем ее видят оценщики завода. Среди наших чиновников до провала приватизационного конкурса ОПЗ подобного адекватного восприятия ситуации не наблюдалось, по крайней мере в публичном информпространстве.


Названы темы неожиданных майских переговоров Путина и Макрона
Названы темы неожиданных майских переговоров Путина и Макрона
20:15 2017-05-22 3

В Сирии погиб еще один путинский «ихтамнет»
В Сирии погиб еще один путинский «ихтамнет»
16:15 2017-05-22 12

Все сирийские повстанцы покинули город Хомс
Все сирийские повстанцы покинули город Хомс
08:17 2017-05-22 11

«Мумия»: финальный удлиненный трейлер выдал «козыри» фильма
22:20 2017-05-21 13

Вася Обломов высмеял российское телевидение в новом клипе
21:22 2017-05-21 27

«Нести херню»: новый клип Васи Обломова покорил интернет
13:22 2017-05-21 18

Омск засветился в новом клипе Васи Обломова
07:22 2017-05-21 15

Финальный трейлер фильма «Мумия» вышел на YouTube
21:22 2017-05-20 27

«Нести х*рню»: Обломов в новом клипе высмеял российских пропагандистов
14:15 2017-05-20 25

Вышел финальный семиминутный трейлер фильма «Мумия»
13:22 2017-05-20 44