Елена Живкова: «Сейчас на въезде в украинских городов видишь рекламу водки, а не шедевров из местных музеев»

12:22 2016-06-25 45 имя культурный музей музейный оно

Рейтинг 3.5/5, всего 4 голосов

Музей — это не просто склад старинных предметов, о которых мы ничего не знаем. Как и зачем происходит музейная атрибуция? Какие знания о музейные ценности помогает получить эта деятельность?

— Проблема атрибуции извечная, и связана она с исследованиями произведений искусства, которые в течение своей долгой жизни часто остаются без документов, как те же беженцы. В исторических перипетиях они теряют имена своих авторов, правильные названия, время и место создания. Может быть и хуже: свидетельства, что их сопровождают, оказываются фальшивыми или изобилуют грубыми ошибками. Наконец, в музейных коллекциях оказываются просто артефакты. Задача музейщика заключается в том, чтобы установить точно, чем является тот или иной экспонат. Ответ на вопрос «Что перед нами, когда и где оно сделано?» и есть атрибуциєю. Этим делом по всему миру занимаются музейные сотрудники. Каждый из них мог бы подписаться под горьковато-ироническими словами Макса Фридлендера, одного из самых талантливых экспертов, который в свое время консультировал Богдана Ханенко: «На судьбу знатока редко выпадает справедливое признание. Коллеги цитируют его лишь тогда, когда высказывают противоположное мнение. До каждого правильного суждения, которое он вынес сегодня, назавтра уже привыкают и начинают воспринимать как общее место. Впрочем, ошибка в атрибуции прочно приклеивается к имени знатока и преследует его всегда». Атрибуция — ювелирная, чрезвычайно интересное дело. Сейчас результаты этой работы, которая ведется в нашем музее, демонстрируем на выставке «Art and Science», которая к тому же является частью проекта Kyiv Art Week, которая продолжается в настоящее время.

Лучшие эксперты-искусствоведы так или иначе связаны с крупными музеями, а их профессия является редкой и элитарной. Почему так происходит? И чего для подготовки профессиональных музейных знатоков не хватает сейчас в Украине?

— Что больше есть музей и что больше эталонных вещей там хранится, то шире спектр тамошних специалистов. Если бы мне нужна была консультация по Караваджо и его последователей, то я обратилась бы к художественного музея города Утрехт. О барбизонской школы (французской школы художников реалистической живописи 30-60-х годов ХІХ века, в частности Руссо, Дюпре, Милле. — Ред.), то ее лучше всего знают в музее Орсе, где есть замечательное собрание работ живописцев этого направления. Такие универсальные музеи, как Метрополитен в Нью-Йорке, Прадо в Мадриде, Рейксмузеум в Амстердаме, имеют широчайшие коллекции и наибольшее количество специалистов. Эксперты появляются тогда, когда университетская наука сочетается с музейной.

Читайте также: Бессчетные потери

Процесс подготовки музейщиков чрезвычайно долгий и трудоемкий. Экспертные знания всегда передаются от учителя к ученику. Есть такие нюансы, которые практически невозможно получить из книг. Знание мелочей и деталей, трещинок красочного слоя, качества бумаги с водяными знаками, способов превратить шелковую нить на золотую или серебряную тому подобное — все это дает длительная практика, а не книги. В музей приходят теоретически образованные люди, но дальше специальность эксперта и музейного хранителя они получают от своих предшественников, как и я сама когда-то. Желание делиться закрытым знанием — это чрезвычайно важно. Такие тонкие вещи, как признаки копийности на миниатюре определенного периода, признаки оригинальности этого же произведения, можно только показать. Их очень трудно понять, даже когда читаешь подробнейшее описание, но не видишь самого предмета. Все это практика: переносы вещей, уборка в фондах, ежедневный уход за экспонатами. Только так рождаются эксперты. Сейчас появилось много экспертов-искусствоведов только за дипломными «корочками». Ничего общего с настоящими профессионалами, которые могут и умеют производить качественную атрибуцию древних произведений искусства или

потребления, они не имеют.

После похищения экземпляра «Апостола» Ивана Федорова из отдела старопечатных и редких изданий Национальной библиотеки имени Владимира Вернадского снова акцентированной стала тема проведения ревизии и инвентаризации фондов, где хранятся культурные ценности, а также составление более-менее полного переписи их. Есть ли соответствующие механизмы, каким образом это можно сделать?

— Вопрос об аудите сейчас поднял действующий премьер Владимир Гройсман. Он дал поручение вице-премьер-министру Украины Павлу Розенку и министру культуры Евгению Нищуку провести полную инвентаризацию музейных и библиотечных фондов. Собственно, ему как немузейнику можно простить неосведомленность: на самом же деле в каждом украинском музее есть полная документация, которая описывает все, что находится в нем. До сих пор музейная отрасль нашей страны живет за советскими инструкциями, в которых нет ничего плохого. Их, возможно, надо было бы дополнить новыми разделами о хранении, ведь возникли технологии, которые дают возможность лучше сохранять экспонаты. Если же учреждение живет по старым инструкциям и документооборот там осуществляется также в соответствии с ним, то ничего с этим музеем, кроме грубого вооруженного ограбления, произойти не может.

Читайте также: Замок. Монастырь. Многоэтажка

По моему глубокому убеждению, в случае с кражей «Апостола» Ивана Федорова хранители нарушили инструкции. Мне в страшном сне не может привидеться, что я, например, оставлю наедине с экспонатом ревизора любого уровня. Этого не может быть вообще. Музейный хранитель не должен выпустить из рук экспонат. Я не понимаю, почему человека, пришедшего проверять старопечатные до филиала Национальной библиотеки Украины имени Вернадского, оставили наедине с этими раритетами. Если происходит проверка, то музейный хранитель в белых перчатках выносит к ревизорам нужный экспонат, а они, в свою очередь, сверяют номер, описание, запись о нем в инвентарной книге. Не выпуская артефакт из рук, после проверки хранитель относит его к фондам. Далее оттуда выносят следующую в списке проверки вещь, и процедура повторяется. Ревизия может осуществляться только так, именно такой алгоритм действий и прописано в инструкции.

Для многих иностранцев, которые приезжают в определенную страну, знакомство с ней происходит благодаря музеям. У нас транслируют сообщения о вареники, веночки и шаровары с гопаком. Как вернуть к нарратива страны о себе ее музее?

— Система культуры каждой развитой страны построена так, что когда приезжаешь в маленький городок, — скажем, в Брюгге или Портсмута, — то находишь там удивительный музей, который любят как местные жители, так и туристы. Он ухоженный, оснащен великолепной техникой, специальным освещением, имеет оборудованные фонды, у которых нет проблем с хранением. Музейщики только занимаются просветительской работой. Украина долго существовала в имперской системе с другой концепцией культуры: она должна быть сосредоточена в центрах, то есть в Москве и Санкт-Петербурге. Вот туда со всех регионов стягивали все самое лучшее. Так и было: царь-батюшка и музей при нем. Собственно, Виктор Ющенко пытался повторить эту модель, когда хотел создать в Мыстецком Арсенале огромный музей, куда со всех уголков Украины имели взыскать все самое лучшее. Нет в такой практике ничего демократического.

Читайте также: Коллекции тайн

К счастью, в Украине, которая всегда тяготела к европейским практик, существует целая система небольших региональных музеев с собственными замечательными коллекциями. В коем случае с них нельзя забирать прекрасных и ценных вещей. Наоборот, надо создавать вокруг этих местных учреждений культуры уникальные эксклюзивные места. Когда человек едет посмотреть Жоржа де Латура до Львова, Хосе Риверу — в Луцк, Геррита ван Гонтгорста — к Суммам, развивается внутренний туризм. Каждый город знает, что оно имеет уникальное сокровище, гордится им. Вопрос в другом: почему сейчас, когда въезжаешь к любому из названных украинских городов, на билборде видишь рекламу водки, а не шедевров из местных музеев?

В Париже, когда происходит какая-то выставка, скажем, в Пти-Пале, видишь объявление об этом событии начиная с аэропорта, а дальше через каждый километр. К нам приезжаешь и понимаешь, что это не культурная столица Европы, а город, где едят, пьют и покупают импортные вещи. А где же культурное лицо города? А посмотрите на нашу социальную рекламу: «Києве мий», «Любите Украину!». Если бы там вместо этого «кое-чего» был шедевр Богомазова с НХМУ, экспонат из нашего музея Ханенко ли и сама народная вышивка, писанки, знаменитая скифская пектораль, то это бы свидетельствовало о культуре города. Билбордов, лайтбоксов для музеев, консерватории нет. Это же не просто социальная

реклама — это то, что формирует культурное лицо города.

Как вы относитесь к идее преобразования Художественного Арсенала на музей, как было задумано от начала возрождения этого сооружения? Возможно, есть смысл говорить о необходимости не музея, а культурного пространства, который включал бы как выставочные мощности, так и пространства для проведения концертов и фестивалей?

— Мне кажется, что этот цикавущий объект, каким является Художественный Арсенал, действительно не использует на все сто свои возможности. Это то место в Киеве, которое должно быть своеобразным культурным кластером, есть во многих городах Европы. Это не музей, потому что там нет условий для хранения фондов. Мистецькому Арсеналу и не следует им быть, он должен оставаться культурным кластером и выставочным пространством. Там надо создавать условия для проведения блокбастерних выставок, как, например, посвященная 500-летию со дня смерти Иеронима Босха, что сейчас прокатилась миром. Пока что для такого проекта в Арсенале условий не создано. Думаю, это не вина дирекции. Для того чтобы превратить это исполинское сооружение на культурный и рекреационный кластер, нужно вложить огромные деньги. Сейчас Арсенал не является до конца ни готовым, ни освоенным для этих нужд. Упомянутые денежные инвестиции в него окупят себя как наплывом туристов, так и повышением культурного уровня столицы.

—————————————————-

Елена Живко — заместитель генерального директора Национального музея искусств имени Богдана и Варвары Ханенко по научной работе, искусствовед. Специалист из произведений западноевропейского искусства, музейный эксперт с 32-летним стажем научной работы. Член организации «Голубой щит» межмузейной организации «ICOM», которая спасала произведения искусства, хранившиеся в «Межигорье» после бегства Виктора Януковича зимой 2014 года.


Вдова Вороненкова перенесла дату концерта памяти в Киеве
Вдова Вороненкова перенесла дату концерта памяти в Киеве
10:15 2017-03-29 4

Вдова Вороненкова на девятый день даст концерт в подвенечном платье
Вдова Вороненкова на девятый день даст концерт в подвенечном платье
21:23 2017-03-28 19

Максакова отменит концерт в Киеве, если так скажет священник
Максакова отменит концерт в Киеве, если так скажет священник
13:22 2017-03-28 167

Максакова даст концерт в Киеве только с благословения священника
13:22 2017-03-28 50

Глава МИД Британии отменил визит в Москву
06:17 2017-03-28 11

Глава британского МИД отложил поездку в Москву
20:16 2017-03-27 12

Истребители НАТО отработают полеты над Эстонией
10:16 2017-03-27 15

Иран ввел санкции против 15 фирм США
16:16 2017-03-26 15

В РФ удивлены и разочарованы новыми санкциями от США
14:17 2017-03-26 26

В Болгарии проходят досрочные парламентские выборы
12:16 2017-03-26 11