Солвита Кресе: «Вопрос об идентичности Европы вновь приобретает нетривиального значение»

12:22 2016-05-08 71 искусство много оно современное искусство современный

Рейтинг 1/5, всего 7 голосов

Какое место на карте культурных событий Центрально-Восточной Европы, посвященных современному искусству, занимает выставка «Идентичность. За завесой неоднозначности», которую вы курируете совместно с коллегами из НХМУ? Почему темой выбран вопрос тожсамосто?

— Речь идет о крупнейшей за последнее десятилетие ретроспективу современного искусства стран Балтии, к которой присоединились также скандинавы и украинцы. Проект начинался с определенного политического жеста, когда меня пригласили посольства скандинавских и балтийских государств в Киеве. Это случилось осенью 2014-го, фактически за год после событий Революции достоинства. Первичным намерением этих дипломатических учреждений было засвидетельствовать свою поддержку Украине, в какой-то способ донести месседж о том, что все они хотят видеть ее на пути в Европу и трактуют как часть европейского мира. Когда работа над проектом только начиналась, я думала, как сформировать концепт экспозиции таким образом, чтобы совместить столь разные на первый взгляд страны. Балтия, Скандинавия и Украина не кажутся уж такими близкими политически, экономически и культурно. Общность этого ареала в том, что все упомянутые просторы лежат на северной периферии Европы, является географическим помежов’ям. Вот перепутье между разными мирами и влияет на их судьбу.

После 2014 года концептом, на котором сосредоточилось внимание создателей выставки, стала идентичность. Дело в том, что, готовя арт-проект, я встречалась с вашими соотечественниками и практически все наши разговоры так или иначе касались аннексии Крыма, войны на Донбассе, промывание мозгов российскими медиа, принадлежности к «русского мира» или тех ценностей, защищать которые украинцы вышли на майданы своих городов два года назад. Много изменений произошло и в самой Европе, в частности началась миграционная кризис. Континент в целом и страны Скандинавии и Балтии в частности предстали перед необходимостью пересмотра своих ценностей, которые раньше многие воспринимали как банальную данность, пока не столкнулся с представителями других культур, например сирийскими беженцами.

ЕС вновь возвращается к вопросу о границах, установление границ в контексте Шенгенской зоны. Вопрос об идентичности Европы вновь приобретает нетривиального значения, потому что острой является необходимость ответа на него. Все это делает нашу выставку более интересной. 2014 года, на стадии создания ее общей концепции, все понимали, что Украина будет дальше двигаться в сторону Европы, но вот чем есть и Европа и ее будущее, куда мы идем вместе, открытый вопрос. Все это определило общий дискурс, вокруг которого сформирована выставка.

Этот проект — определенная совместное заявление относительно будущего. Нам не дано четкого видения, какое оно. Что-то мы наследуем от прошлого, что-то конструируется сверху, но всегда встает вопрос о ощущения и чувства каждого отдельного лица. Речь идет о принадлежности не только к какой-то геополитической зоны, но и к конкретной пола и тому подобное. Это действительно интересно: что для каждого жителя, например, вашей страны важнее — социальная роль, гендерная или этнически-национальная? Дело в том, что каждый спрашивает себя самого.

Кто те три десятка авторов, работы которых представлены?

— Каждый раз, когда приходится курировать выставки, стараюсь сделать их как в форме рассказа или отдельного эссе, то есть найти тот нарратив, который пронизывает каждую из них насквозь. Одной из центральных тем экспозиции является миграция. На выставке показана работа «Сад незадокументованих» финна Калле Гамма и иранского курда Джамиля Каманґера, что уже более 20 лет живет в Финляндии. Это растения, которые были незадокументовано ввозимые в ЕС, — своеобразный символ мигрантов и беженцев. Попытка привлечь внимание к тому, как люди себя чувствуют в странах, где их кое-где не хотят видеть. Мерич Алґюн Ронґборґ, турчанка по происхождению, собрала воедино все те аппликационные формы и документы, которые надо заполнить, чтобы получить визу. Иногда этот процесс занимает месяцы. Очень унизительными есть вопросы, поставленные в этих формах в заявителя, имя и фамилия которого в документах пишут неправильно. Художница, кроме того, затрагивает проблему роли мигрантов в обществе, их переживаний и эмоций.

Когда «вождь» стоит на центральной площади вашего города, он присутствует для горожан и общества в пространстве не только физическом, но и ментальном. Это мощная фигура, которая влияет на общественное мнение

Биту Разави, которая исходит из Ирана, но уже долго живет в Финляндии, в киевском аэропорту остановили и довольно долго расспрашивали украинские пограничники, потому что она мусульманка с иранским паспортом. Интересно, как это зеркало искривляется, потому что украинцы сами довольно часто попадают в такие ситуации, как Бита. Вам тоже приходится проходить через визовые процедуры, и на вас также не всегда дружелюбно смотрят охранники границ различных европейских стран.

Катрина Нейбурґа из Латвии пытается рассказать о патриархальное общество, которое пока что является довольно сильным как у нее дома, так и в Украине.

Гудрун Гасле показывает историю молодой матери, которая имеет проблему дислексии. Первое, что видит каждый посетитель выставки, — это огромное панно Романа Минина под названием «Ковер обещаний». Автор демонстрирует мифологию Донбасса, ловушку несбывшихся обещаний, в которую попали местные жители. Если не знаешь, кто автор этой работы, иногда кажется, что рисовал Диего Ривера. Выбирая произведения украинских художников для проекта, я остановилась на работе Минина в так называемом суровом стиле, в котором творили в 1950-1960-х годах (вспомним оконологою советского искусства). Интересно, что украинские художники тоже пытаются как-то работать с прошлым. Я говорю о работе «Открытой группы» под названием «Те самые места» — специфический проект в публичном пространстве, который показывает то, что некогда было баннерами, а теперь просто не выполняет своей функции, уничтожено, прилаштоване для другой цели. Работа о Приднестровье Кристины Норман отсылает к ситуации с анексованим Крымом, его будущего и показывает, как в непризнанной «ПМР» конструируют имидж государства, какие атрибуты и символы для этого используют. Кажется, они там играют в какую-то странную игру, когда за символами ничего нет. В своих фильмах времен нацистского режима Лени Рифеншталь показала технологию того, как визуальными средствами создают видимость политического величия. Документируя она устанавливала камеру под малым углом, поэтому, скажем, показанные ею статуи видятся такими огромными, могучими. Кристина Норман тоже касается этого вопроса, раскрывает нам, где техника создания симулякров дает в результате не величие и образ могущества, а откровенный анекдот.

В Украине продолжается декоммунизация, поэтому не утихает и дискуссия об адекватных ей практики относительно художественных объектов советской эпохи. На что, если отталкиваться от опыта Латвии и других стран Балтии, в этом контексте крайне необходимо обращать внимание?

— Как на меня, в этом процессе можно четко выделить по крайней мере два вектора. Первый касается памятников Ленину и другим деятелям советского времени, которые создают своеобразные «места силы» в публичном пространстве. Не хочу, чтобы то, что сейчас скажу, восприняли как проявление моего субъективного мистицизма и тому подобное, но это факт: когда «вождь» стоит на центральной площади вашего города, он присутствует для горожан и общества в пространстве не только физическом, но и ментальном. Очевидно, в Украине слышали о громком скандале вокруг переноса памятника погибшим во Второй мировой войне советским солдатам из центра Таллинна на тамошний военный кладбище в 2006 году, против которого выступила русская община Эстонии. Кристина Норман, о которой я уже упомянула, попыталась исследовать эту ситуацию. Она создала маленькую копию перемещенного монумента и установила ее там, где он раньше был. Удивительно, но люди несли к этому маленькому памятнику цветы, как и раньше. Таким образом, любой монумент является вместилищем смыслов, воспоминаний и эмоций. Волей-неволей, это мощная фигура в публичном пространстве, которая влияет на общественное мнение, функционирует как проводник смыслов, способных изменить позицию и взгляды общества.

Что же до второго вектора, то украинцы крайне осторожно и скрупулезно должны относиться к своему культурному наследию. В Киеве очень много красивых мозаик середины прошлого века, которых ни у нас, ни в Таллинне нет. Смотрю на них и думаю: а где же в этих произведениях искусства эта политическая, силовая игра, о которой столько слышу от ваших соотечественников? Хотя таки правда, что к них авторам пришлось вплетать советские мотивы. Но выбивать из мозаик красные звезды — это не выход из ситуации.

Не только для стран Балтии, но и для всей Восточной Европы процесс декоммунизации активировал вопрос о том, по каким критериям отличать действительно художественный объект, который надо сохранить, от идеологического мусора. Решать и категоризировать в этой ситуации должны специалисты — художники, архитекторы, а не чиновники соответствии с той планиди, которая на них сойдет. Но советский идеологический статуарний мусор следует убрать, особенно с центральных улиц и площадей городов.

В Украине современное искусство существует благодаря частным инициативам. А как ему ведется в странах Балтии и Скандинавии? Или приобщается там к его развитию государство?

— В странах Балтии и Скандинавии современный арт достаточно глобализирован. Дело в том, что тамошние художники часто меняют место жительства, переезжают из страны в страну, и это оказывает свое влияние. Меня больше интересуют местные проявления и темы, которые поднимает современное искусство. Когда в 1991 году страны Балтии обрели независимость, их искусство стало очень интересное международной общине. Потом этот интерес понемногу угас. Его новая волна поднялась после того, как 10 новых государств в 2004 году присоединились к ЕС. Как по мне, современные художники Балтии улавливают малейшее напряжение и реагируют на него. Скандинавы делают это в меньшей степени — учитывая исторические обстоятельства (ибо они никогда не бул частью советского мира). Но современный арт всюду такой: он то теряет, то снова привлекает внимание.

Разница есть и в системах финансирования искусства, в частности современного, между странами Скандинавии и Балтии и Украиной. Государства европейского Севера имеют очень широкие возможности поддержки этой сферы, много институтов: от музеев современного искусства в творческих пространств в городах, грантовые программы для художников. Динамика репрезентации современного скандинавского арта в мире свидетельствует о том, что очень много зависит от названных институтов. К тому же речь идет о часть тамошней культурной политики на государственном уровне. Скажем, чтобы сделать промоушн новейшего искусства, устраивают Скандинавские дни в Нью-Йорке. На эти проекты, их рекламу (чтобы о таком событии знал каждый), есть все ресурсы: от человеческих до финансовых. Культурная политика во многом переплетается с общегосударственной и становится полезной, когда эти страны хотят усилить свое присутствие в интересном им регионе.

Балтийские — имеют немножко другую ситуацию. Культурных институций, занимающихся современным искусством, там не так много, как в Скандинавии. В Латвии, например, до сих пор нет музея современного искусства. У нас действует Фонд культурного капитала, который приобщается к финансированию современного арта, однако на уровне государства мы не имеем достаточно мощной культурной политики с промоушном своих художников за рубежом, как скандинавы.

Украине остро не хватает всех тех инструментов, которые существуют у прибалтов и повночноєвропейцов, когда речь идет об искусстве, в частности современное. Складывается ситуация, когда ваших современных художников больше и лучше знают за рубежом, чем дома. Не хватает платформ для экспозиций, финансовой поддержки. Вы имеете много прекрасных специалистов, талантливых художников, но и не меньше узколобых бюрократов и политиков. Мне иногда кажется, что в Украине должно смениться целое поколение, чтобы художники, публичные лица и чиновники нашли общий язык и започувалися представителями общего пространства. Когда это произойдет, появится новая украинская культурная политика, которая будет делать промоушн качественного отечественного искусства, в частности современного его составляющей, в мире.

Есть ли в современном арте место эмоциям? Они помогают достучаться до зрителя или, наоборот, затрудняют восприятие того или иного художественного объекта?

— Меня как директора латвийского Центра современного искусства часто спрашивают, особенно где-то в глубинке моей страны: «Что такое это ваше современное искусство?». Одна из самых простых ответов: оно является языком современности, которая пользуется шире, чем в прежние времена, техническим инструментарием. Эмоции — среди самых сильных слов в словаре современного арта. Собственно, он сам собой не направлен на создание каких-то элегантных объектов, которые относят нас к идеи XIX века о том, что искусство — это «о красоте». Так же он вопреки канонам позапрошлого века не нацелен на развлечение и не копирует реальности, как фотография, один в один. Мне кажется, прежде всего современное искусство имеет целью выдвижения определенных вопросов, даже если и не дает на них прямого ответа. Речь идет о запросе, проблематизацию, а не про что-то другое.

Для прибалтов и скандинавов современное искусство — феномен, благодаря которому можно представлять свою культуру за рубежом, проводить определенную внешнюю культурную политику, чего до сих пор не происходит в Украине. Как преодолеть несерьезное отношение на правительственном уровне к нему, чтобы не потерять еще одного канала репрезентации своего государства в мире?

— Современное искусство разговаривает с человечеством новой, актуальной языке. Творчество литовца Микалоюса Чюрлениса — это наше прошлое, к которому мы так или иначе обращаемся, но не думаю, что сейчас романтические пейзажи, на которые повлиял направление символизма, актуальные. В начале ХХ века все виделось иначе, потому что символизм был тогда современным языком художественной выразительности. Настоящее требует от нас говорить на его языке, которая является очень мощной. Политики действительно недооценивают язык современного искусства. Взгляните, что произошло в России: часть художников попала в тюрьму, потому что в своих произведениях показывала собственную, а не наброшенную сверху позицию. В РФ боятся современного арта и его языка. Много российских галеристов тихо закрывают свои салоны в российских городах и уезжают вместе с артефактами за границу. В Ригу уже перебралось много представителей российского среднего класса, убегая от режима Путина. Они понемногу открывают свои галереи на новом месте. Так или иначе, современное искусство является символом демократического строя. Когда начинается цензурирование художественного творчества, это значит, что ситуация на определенных территориях, где такое происходит, становится угрожающей. В Северной Корее нет никакого современного искусства. Немножко лучше ситуация на Кубе, где недавно из тюрьмы освободили Таню Бруґеру. Этот карибский остров понемножку демократизируется. Современное искусство является тем мощным голосом, который артикулирует индивидуальные взгляды, мнения сообществ, идеологии. Поэтому политики должны серьезнее на него обращать внимание, уделять больше внимания культурной политике. В вопросе построения государства он партнер, а не враг.


Возбуждено дело по факту убийства девушки из автомата под Красноярском
Возбуждено дело по факту убийства девушки из автомата под Красноярском
19:20 2017-01-22 4

Глава Минсельхоза РФ Ткачев встретился со своим коллегой из Германии
Глава Минсельхоза РФ Ткачев встретился со своим коллегой из Германии
18:20 2017-01-22 6

Минтруд поддержал идею ограничить дорогие покупки в России за наличные
Минтруд поддержал идею ограничить дорогие покупки в России за наличные
17:15 2017-01-22 8

Певица Пелагея родила дочь
16:55 2017-01-22 8

Глава Крыма вошел в Высший совет «Единой России»
16:50 2017-01-22 10

Вертолет совершил аварийную посадку на МКАД в Москве
16:10 2017-01-22 12

Трамп отреагировал на марши протеста против его политики
15:45 2017-01-22 7

В Польше военный грузовик США рассыпал танковые снаряды
15:15 2017-01-22 12

Саакашвили пожаловался на СМИ Украины за свои фото с инаугурации Трампа
15:10 2017-01-22 14

Ученые выявили смертельную опасность от мороженого
14:50 2017-01-22 12