Анархия на Полесье. О социально-экономическую модель «Янтарной республики»

20:33 2016-05-07 61 государство копатель один оно тома

Рейтинг 3/5, всего 6 голосов

В грустных шутках о «янтарную народную республику» есть только доля шутки. В районах добычи янтаря на самом деле сложилась если не республика, то какое-то подобие автономии, которую центральная власть контролирует весьма условно.

Копатели недаром злятся на государство и его представителей — чиновников и полицию. Много лет прилегающие к Беларуси районы Полесья считались медвежьим углом и получали финансирование по остаточному принципу. Властям не было никакого дела до отдаленных деревень, затерянных в лесах. Инфраструктура в этой местности пришла в упадок уже давно. Повсюду встречаются руины зданий бывших колхозных ферм. Дороги находятся в таком ужасном состоянии, что передвигаться по ним со скоростью более 30 км в час просто невозможно. Вероятно, ремонта здесь не было с 1980-х годов. Лучшее покрытие, которое можно встретить на дорогах, соединяющих села на севере Ровенской области — так называемая «сушейка». Выложена еще во времена Пилсудского брусчатка, ехать по которой на автомобиле — настоящие пытки. По словам старателей, государство обратило внимание до Полесья лишь после того, как стало понятно, что там появились деньги. Поэтому сейчас государство думает только о том, как забрать, а не о том, как что-то дать полищукам.

Чаще всего от местных жителей можно услышать одну и ту же фразу в разных вариациях:

— Это наша земля, и никто не может нам запретить на ней работать и брать то, что она нам дает.

Все это уже было в нашей истории. Чуть меньше ста лет назад с похожей мотивацией боролись против советских продотрядов крестьяне Южной Украине под руководством анархиста Нестора Махно. Один из старателей, с которым мы познакомились в Ровенской области, приводит в пример именно этот опыт.

Читайте также: Болотная солидарность

— В Украине исторически народ не принимает никаких вождей и не хочет сильной руки. Мы по натуре своей — свободные люди. Для нас чем меньше власти и чиновников, тем лучше. Поэтому и в России нас никогда не понимали и не поймут. Там считается, что народ должен жить под тотальным контролем доброго царя или вождя, что жить без указа сверху нельзя. А у нас исторически другие традиции — Запорожская Сечь, махновцы, Холодный Яр, УПА. Украинцы не любят, когда кто-то отбирает то, что они заработали. Если вспомнить наши восстания и партизанские движения, то каждый раз они проходили под разными лозунгами, но по сути цель всегда была одна — защитить свое право хозяйничать на свой земле, защитить свою собственность. Махно был анархистом, Бандера — националистом. Они имели бы противоположные взгляды. Но крестьяне, которые шли в их армии, книжек не читали, и исповедовали только одну идеологию — защитить свое. У Махно и Бандеры даже армии назывались почти одинаково — Революционная повстанческая армия Украины и Украинская повстанческая армия. И причина, которая вызвала их появления была одна — советский грабеж, раскулачивание, коллективизация, — рассказал мой собеседник по имени Андрей.

Вообще, нужно сказать, что среди копателей янтаря встречаются совершенно разные люди — как крестьяне, так и приезжие из городов. Такие, что имеют высшее образование, и такие, что не имеют никакого вообще. Некоторые из добытчиков успели по несколько лет поработать на заработках в Европе, и свободно владеют португальским, испанским и итальянским языками.

У Андрея свой взгляд на нынешнюю янтарную вольницу. По его словам, жители Волыни и Полесья имеют такое же право добывать янтарь, как и собирать в лесу грибы и ягоды. Он и его земляки убеждены, что вся проблема исключительно в бюрократии, которая мешает здравому смыслу.

— Если ты идешь по дороге и видишь, что лежит монетка в 50 копеек, ты имеешь права ее поднять и взять себе, это не преступление. А если на земле лежит кусочек янтаря, ты имеешь или не имеешь права его поднять? А если под слоем земли в 10 сантиметров он лежит? А если под слоем в полметра? Где граница здравого смысла? У нас можно найти янтарь иногда просто так, на берегу реки или в огороде. Так что же, каждый огородник по нынешнему законодательству — потенциальный преступник?

Или давай рассудим иначе. Можно пойти и набрать терна, клюквы, черники, земляники. А янтарь брать нельзя. А в чем разница, если и то и другое — товар? И то и другое люди за деньги продают. Можно и на ягодах заработать столько же, сколько на янтаре, если много продавать. Почему тогда янтарь брать нельзя, а грибы и ягоды — можно? Потому что чиновник где-то в кресле так решил? — Говорит Андрей. И найти контраргументы против его логики не так-то и просто.

Читайте также: Янтарная Сомали

На самом деле в районах нелегальной добычи янтаря давно уже сложился своеобразный анархо-либертарианское уклад, который омрачается лишь необходимостью уплаты дани милицейской «крыши». Государство и общество здесь практически не пересекаются, и, кажется, общество вполне устраивает такая модель отношений. Личные договоренности и традиции здесь важуть гораздо больше, чем официальные документы, печати и бланки. Бюрократия вызывает исключительно отчаяние и желание как-нибудь в очередной раз «обмануть систему».

То, что было бы невозможно в Киеве, в отдаленных селах Полесья — норма жизни. Там, где практически каждый представитель трудоспособного мужского населения занят в нелегальном бизнесе, перестают что-либо значить вообще любые законы. В Володимерецькому и Дубровицком районах Ровенской области нередко можно встретить внедорожники без номеров, куплены за сравнительно небольшие деньги в странах Балтии или Польши и пригнаны в Украину без растаможки. А зачем платить государству огромные налоги за оформление автомобиля, если в «янтарной народной республике» вообще не принято платить налогов? Если договорился с полицией и платишь за крышу, то на такую мелочь, как автомобильные номера, никто уже не посмотрит…

Без помощи государства привыкли решать и другие вопросы. Например — вопрос благоустройства. В Клесове Сарненского района местные старатели показали мне детскую площадку, построенную на собственные средства. Такая площадка сегодня можно найти не в каждом украинском городе, не говоря уже о селах. И останавливаться на достигнутом крестьяне не собираются. Готовятся высаживать декоративные растения и оборудовать вокруг небольшой парк.

Помогают копатели Клесова и церкви. На данный момент в селе завершается строительство православного храма, в котором, по словам местных, крестьяне выделяли десятки тысяч долларов, в том числе и на покупку купольных крестов.

Кроме того, на деньги бурштинщиков покупали экипировку и форму мужчинам, которые попали под мобилизацию на фронт. По словам копателей, все, чем не могла обеспечить своих воинов государство, им покупали земляки. Также сейчас копатели помогают семье военного, который получил на войне ранение и инвалидность. Кроме мизерной государственной пенсии он получает более значительную поддержку от своих.

Читайте также: Янтарная народная республика

Насущные вопросы в селах старатели, как правило, решают на общем собрании. В местах нелегальной добычи янтаря давно уже стихийно самоорганизовались старательсько профсоюзы, которые по факту и являются реальной властью в этих краях. Именно на таких «вече» обычно договариваются о том, сколько денег выделять и на какие нужды их направить. Работает такая власть явно эффективнее официальной. Вот только никаких высших инстанций над собой признавать не хочет.

Что делать с таким стихийным сепаратизмом — вопрос открытый. С одной стороны это явление назвать позитивным сложно. С другой, говорит оно не о том, что люди плохие, а о том, что государство неэффективна и правила, которые оно устанавливает, не действуют. Поэтому, необходимо что-то менять в системе управления и в налоговом законодательстве. Ведь история давно уже доказала — решать проблемы репрессивными методами неэффективно. Гораздо проще и дешевле сделать так, чтобы граждане сами были заинтересованы в том, чтобы платить налоги и уважать законы.