Украинский Гамлет в Италии

21:13 2016-04-02 18 бажан иза итальянский николай николаю бажану

Рейтинг 4/5, всего 1 голосов

«Теплая земля Италии, измученная, как роженица/вручает людям радость, сросшиеся в утробе/щедротному», — написал Николай Бажан в стихотворении «Встречи», переливая в слова свой восторг и свою благодарность этой «теплой земли». О ее «лоно щедротне», о художественных чудеса Италии он знал не только из книжек: с конца 1950-х поэт часто бывал в стране Данте.

Европейская

содружество писателей

Точкой отсчета в истории встреч Желательна с Италией и ее искусством стал год 1958-й, когда в Неаполе по инициативе Итальянского национального синдиката писателей было создано Содружество европейских писателей. Первый пункт устава этой организации свидетельствовал о вполне благородные намерения ее основателей: «Члены Содружества считают себя обязанными пробуждать и укреплять дух мира между народами». Так решили участники трехдневного литературного конгресса, на который были приглашены писателей из 29 стран Европы, причем с разными политическими взглядами, художественными вкусами». Объединить их имели идеи мира и диалога культур, забота о будущем цивилизации.

Конечно, советским представителям в Содружестве европейских писателей предстояло не только выполнять культурную миссию, но и пропагандировать социализм, демонстрировать достижения и преимущества «Страны Советов». Вполне очевидно, что их деятельность направляли и контролировали ЦК и спецслужбы. Вот характерная деталь: член иностранной комиссии Союза писателей СССР, переводчик с итальянского Георгий Брейтбурд 21 марта 1959 года направляет Желаемую какой-то важный документ, в котором определяются задачи наших представителей в Европейской Организации». И добавляет: «В основном этот документ был одобрен» (Центральный государственный архив-музей литературы и искусства Украины, ф. 535, оп. 2, ед. зб. 25).

Кем «одобрен»? Конечно, чиновниками в высоких партийных кабинетах. Иначе в СССР и быть не могло. Поэтому советские писатели, уезжая за границу, должны не забывать, что они — идеологические бойцы…

Кстати, Георгий Брейтбурд стал для Николая Бажана помощником, даже опекуном, компетентным как в организационных, так и в творческих делах (видимо, этого требовали его обязанности члена иностранной комиссии Союза писателей СССР). Помогал поддерживать контакты с руководителями организации; посылал в Киев подрядчики стихов итальянских поэтов, которых переводил Бажан; «пристраивал» стихи и статьи самого Бажана в итальянской прессе, как это было, скажем, в сентябре 1959 года: «Контемпоранео» (итальянский журнал. — В. П.) сообщает, что Ваша статья и стихи им показались весьма интересными; сейчас стихи переводят, и весь этот материал будет напечатан в одном из ближайших номеров»…

Иногда Брейтбурд давал советы, касавшиеся политической конъюнктуры. Именно в таком ключе выдержаны его эпистолярные подсказки, которые касались, скажем, работы Николая Платоновича над статьей о Жана-Поля Сартра: Брейтбурд считал нецелесообразными «прямые политические цитаты из последних сочинений Сартра» и советовал «оставить весь этот разговор в литературных рамках» (письмо от 20 января 1967 года).

Был он, как представляется, человеком «тертой», многофункциональной. Судите сами: 2 февраля 1967 года, собираясь во Францию, Брейтбурд Желаемую сообщил: «После всех мытарств мы с Алексеем Алексеевичем (Сурковым. — В. П.) поедем в Париж «для изучения горьковского архива» — таков официальный эвфемизм, употребленный, должно быть, дабы не упоминать имени одного нашего общего знакомого. Кстати, его недавно посетил автор великой поэмы об «Озе» и узнал, что на днях «свершилось» назначение в Биеннале, что преисполнило его бодрости и надежды».

Интересно, что это за спецмисия такая была у Суркова и Брейтбурда?! Автор поэмы «Оза» Андрей Вознесенский. Но кто этот «общий знакомый», ради которого визитерам из СССР нужно было придумывать легенду, будто они едут изучать «горьковский архив»? И что такое «официальный эвфемизм», как не агентурное прикрытие?

Впрочем, не Брейтбурдом единственным…

Презентация Украины

В работу Содружества Николай Бажан включился очень активно. Он был руководителем советской делегации, принимавшей участие в Неапольском конгрессе. Вместе с Ярославом Ивашкевичем (Польша), Халлдором Лакснессом (Исландия), Жаном-Полем Сартром (Франция), Александром Твардовским (СССР) его избрали одним из вице-президентов Содружества европейских писателей, первым президентом которой был Джанбаттиста Анджолетти, а его преемником с марта 1962 года — Джузеппе Унґаретти…

На II Конгрессе (Турин, 1961) Николай Бажан выступил с большим докладом «Рисорджименто и литература». Перечитывать ее интересно и сегодня: в отличие от многих Бажанових статей (про Сартра, Белля, Алейхема…) текст доклада почти свободен от идеологически-пропагандистских наслоений. Бажан рассказывал участникам конгресса о том, как восприняли идеи и героев Рисоджименто «лучшие люди России», однако не удержался и от чувствительного критики Достоєвского, чьи «мысли о охваченную борьбой Италию, разбросанные по страницам «Дневника писателя», в «Зимних заметках» и в других местах, — это мысли воинствующего поборника русской православной церкви, который радуется неудачам ватиканского конкурента. […] Каким обедненным и искаженным оказалось отражение событий Рисоджименто в мозгу гениального серцезнавця!».

Главный же упор Бажан сделал на отголосках идей Рисоджименто в Польше, Украине, на Кавказе… Да, он выступал как советский поэт, однако этот поэт приехал с Украины, поэтому именно украинские аспекты темы, в конце концов, и вышли на первый план. Писательская аудитория в Турине услышала имена Осипа Федьковича, Ивана Франко, соратника Драгоманова Льва Мечникова, Леси Украинки (она болела за Италию Гарибальди, считала воссоединения этой страны «большой политической реформой» и принимала близко к сердцу тот «упадок сил», начавшегося после «великого подъема»)…

Знал бы Николай Бажан, какой убежденной «ґарибальдийкою» была полтавская аристократка Елизавета Милорадович, он, видимо, и о ней рассказал бы! Но где там: историю этой женщины еще предстояло добыть из архивов…

Зато в выступлении упомянуто другой малоизвестный факт, зафиксированный в полицейских донесениях: в январе 1861 года, оказывается, в Звенигородском уезде собирались «деньги для Гарибальди на выполнение его политических замыслов о восстановлении национальностей»! Интересно, о каком «восстановлении национальностей» могли мечтать на Черкасщине во времена либеральных реформ Александра II?

Доклады Бажана на конгрессе в Турине предшествовала его статья «Итальянские стихи украинской поэтессы», напечатанная в 1960 году в журнале «Контемпоранео» (та самая, которую переводил и помогал «пристраивать» Георгий Брейтбурд). Впоследствии она была обогащена новым материалом и включена в одного из книжных изданий поэта под названием «Встречи на вековых путях».

Николай Бажан презентовал читателям «Контемпоранео» — «один из самых многочисленных славянских народов», ознакомил их с вкладом Украины в сокровищницу общечеловеческой культуры, останавливаясь прежде всего на различных аспектах украинско-итальянского культурного диалога. Именно в этом контексте упоминаются имена Максима Березовского, Дмитрия Бортнянского, Семена Гулака-Артемовского, Соломии Крушельницкой — великих музыкантов и певцов, которые оттачивали свое мастерство в Италии. Уделил внимание Бажан и переводчикам: Ивану Франко, Владимиру Самийленку, Павлу Грабовскому, Лесе Украинке, Максиме Рыльском, Петре Карманському. Они приближали итальянскую литературу до украинского читателя. А поскольку статья в «Контемпоранео» призвана была представить итальянской аудитории переводы стихов Леси Украинки, то больше всего говорится именно о ней, «интересную поэтессу нашего возраста». Бажан отметил на органической связи его драматургии с европейской традицией, оригинальной интерпретации «вечных образов», актуализации классических «линий и форм», сожалея одновременно, что для западноевропейского читателя произведения Украинки остаются малоизвестными.

Дополняя статью, Николай Бажан подал еще несколько интересных фактов из истории украинско-итальянских культурных связей, не обойдя вниманием и труд переводчиков, которые толковали итальянской произведения украинских писателей. А в целом в тексте и подтексте статьи отчетливо слышится досадное Бажанове: «Мало!». Мало мы знаем, мало знают о нас…

«Я, как несытый скряга…»

Встречи с глазу на глаз с Италией, ее искусством не могли не отозваться и в поэзии Николая Бажана. Так и произошло: в 1961 году в Киеве вышел его сборник «Итальянские встречи». Перечитывая ее, становишься свидетелем Бажанового «гамлетизма»: его интеллектуальная жадность, захват большим искусством, искренний душевный трепет не раз наталкивались на строгий голос внутреннего «контролера», который велел даже среди музейной вечной красоты не забывать о идеологемы и пропагандистскую риторику.

Желаемую строки порой напоминают молитвы заколдованного искусством мудреца, которого переполняют радость и гордость, гордость за безграничности и неубиєннисть человеческого духа:

Тусклое и горькое искусство удивительного

мастера из Винчи,

Чудом каким-то не уничтожено бомбой и канонадою, —

Нас оно и до сих пор спрашивает, смотрит нам в глаза,

Более беспокоит тайной, чем радует узнаванием.

А неутолимая радость видения и узнавания!

Ты, как энергия, криєшся в красках и мраморах

вогнутых,

В стремительно построенных стенах, в смело

возвышенных банях,

Чтобы наливать силой, гордости учить

и звать!

Где еще так щедро стало творческое человеческое усилие

Формами и рельефами, статуями и полотнами?

И далее:

Я протягиваю руки. Я розтуляю глаза.

Я, словно несытый скряга, жадно впитываю, всотую

все, что здесь играет радостью, светится и мельтешит

бронзой, серебром, резьбой, цветом

и позолотой…

(«Встречи»)

Читая Желанная, я всегда останавливаюсь на этих его словах про вечную тайну искусства, которое «смотрит нам в глаза» и «до сих пор спрашивает» нас о чем-то таком, что не имеет ни формулы, ни разгадке. Обратите внимание: не мы «спрашиваем» художественные шедевры, пытаясь познать их, а они нас! И признание о себе, «неситого скрягу», также много говорит о Бажана-энциклопедиста с его страстностью и жаждой познания…

И вот вдруг все это чудо как бы обрывается — и поэт от свободной программы переходит к «обязательной», «пролетрськои»: в его монологе появляются «литейщики Рима», «металороби Милана», «ученые и виноградари, и моряки Италии»… Поэт призывает вслушаться в их раздумья, он хочет сжать их «братские руки», ведь эти руки добавляют ему сил и веры в свою правду. Тут невольно вспомнишь, что в Европейском союзе писателей было немало литераторов левых взглядов (Лакснесс, Сартр, Квазимодо). Вспоминается даже одна из открыток, которую Бажан получил от его друга Сальваторе Квазимодо: он пишет о мэра Флоренции, монаха Джорджо Ла Пира и добавляет: «он человек прогрессивный; в каждом случае друг рабочих и бедняков».

Можно было бы сказать, что и Николай Бажан, как и тот флорентийский мэр-монах, — «друг рабочих и бедняков», если бы не одно странное обстоятельство. Его социальная остром взгляде, заостренное внимание к итальянских контрастов причудливым образом уживалась с полным невидющистю и глухотой в отношении подобных проблем у себя дома, в СССР! Это тот классический случай, когда в чужом глазу видят соломинку, а в своем не хотят заметить и бревна. И речь сейчас не только о «Итальянские встречи», а в целом о поэзии Бажана той поры, когда этот сборник готовился. Молодые украинские шестидесятники (Василий Симоненко, Лина Костенко, Иван Драч) оказались значительно более чувствительными к судьбе простого человека, который живет рядом, чем влюблен в высокое искусство, проникнутое заботой «рабочих и бедняков» на Апеннинах Николай Бажан.

В одном из лучших стихотворений сборника («Перед статуями Микеланджело») поэт своим чеканной словом блестяще воссоздает творческий экстаз великого скульптора, а в финале его рефлексии вдруг вивершуються упоминанием о «коммунистов итальянских кровь». Стоя перед знаменитой скульптурой Микеланджело «Pieta», он думает о Ґрамши и Тольятти: «Они умеют за жизнь умирать./И им известно, что такое цель…»

Поэзия заканчивается, начинается плакат.

В сборнике «Итальянские встречи» немало именно таких, плакатних стихов: «На форуме Рима», «Сицилиана», «В Сардинии», «Глаза»… Пафос здесь вполне идеологический: СССР — форпост прогресса, царство социальной гармонии; Италия — страна прекрасного искусства и поразительных контрастов…

О социальные контрасты Италии Бажан считал нужным сказать при первой же возможности, и не только в стихах. Вот характерные сицилийские картинки в его хорошем в целом эссе «Этна-Таормина», в котором рассказывается о вручении высокой литературной награды Анне Ахматовой: «в струхлявилих дворцах дотлевающие местные баронские роды»; «в мрачных закоулках условными знаками и таинственными словами обмениваются зловещие мафиози»; «скребут истощенную, арендованную у помещика землю средневековыми плугами почерневшие от солнца и нищеты земледельцы»; «задыхаются от удушающего силикоза шахтеры серных шахт»…

Интересно, знал ли Николай Платонович что-то о беспаспортных украинских колхозников? Может, и знал, но в Италии (и после возвращения домой) он выполнял роль идеологического бойца. Отсюда и «гамлетизм».

«О неутолимая радость вы обладания

и узнавание!»

В 1975 году в издательстве «Искусство» вышел заключен Николаем Бажаном сборник «Микеланджело». Приближалось 500-летний юбилей великого итальянского художника, и Бажан, который тогда возглавлял редакцию Украинской советской энциклопедии, приложил максимум усилий, чтобы Украина должным образом почтила мастера.

Сборник «Микеланджело» — шедевр 1970-х. Безупречная полиграфия, 78 цветных и черно-белых иллюстраций на мелованной бумаге (скульптуры и фрески Микеланджело), суперобложка с головкой Мадонны… Относительно содержания, то и здесь вкус и эрудиция составителя сделали свое доброе дело. Основательную разведку о скульпторе написал профессор Платон Белецкий. Эпоха Микеланджело, его искусство и личность представлены также свидетельствам и студиями Дж. Вазари, Гете, Стендаля, Роллана (нашлось место даже для фрагмента статьи Томаса Манна «Эротика Микеланджело»!).

А дальше «о Поэзии Микеланджело»: Байрон, Барбье, Эредиа, Славейков, Верхарн, Стафф, Рильке, Мандельштам, Антокольский, Бажан, Драч, Павлычко, Олейник.

Последний раздел отдан поэзии самого Микеланджело. Сформирован он благодаря творческим усилиям четырех переводчиков: Дмитрия Павлычко, Ивана Драча, Моисея Фишбейна и, конечно же, Николая Бажана. Бажан перевел всего: 13 сонетов из 23.

Один из них — девятый — посвященный магии ночи.

В ноче, в поро сладкая, окутана тьмой,

Твой покой завершает в конце все человеческие труды;

Ты хорошо ценишь захваченных ревностно тобой,

Зциляєш их разум, спасая их от беды.

Мыслям, что слились с влажной мглы и покоя,

Что мозг наш утомляют, — втихаря ты край залежи;

Пусть же во сне, расставшись с юдолью земной,

Душа моя найдет ввысь, к небу, туда.

Ты словно тень смерти, что сердце в беде и скорби

Спасает и избавляет, последний провирений счет

Принося душам, чтобы горе от них одвернуть.

Новой силам ты даешь нашей зморений плоти,

Снимаешь усталость, гамуєш отчаянный крик

И прочь забираешь и нашу скуку, и нашу ярость.

Вероятно, этот сонет был по-особому близок Желаемую, автору роскошного поэтического цикла «Ночные концерты», что встанет позже…

Среди тех, кто «смотрел в глаза» Николаю Бажану, кто смущал его «вопросами»-загадками, был и Петрарка. О нем Бажан написал не найґрунтовниший из своих эссе — «Петрарка в восточнославянском мире». Ему даже пришлось полемизировать с такими авторитетами, как Александр Вєсєловский и Михаил Ґєршензон: если Петрарка Вєсєловского — отшельник, которого «не манит суета мира сего», если для Ґєршензона он есть «просто пророком экзистенциализма», то Желательна интересовали именно политические аспекты жизни и творчества Петрарки…

История Европейского содружества писателей завершилась в 1968 году, после вторжения советских войск в Чехословакию. Как писал в одном энциклопедическом издании уже знакомый нам Георгий Брейтбурд, «после 1968 в результате недружественных действий в адрес СССР и других социалистических стран со стороны генерального секретаря Содружества Дж. Вагирелли» деятельность организации была фактически парализована». «Недружественные действия» означали, что писатели Европы (даже левые!) не могли позволить себе смириться с агрессивной политикой СССР…


50 человек стали жертвами ошибочной атаки ВВС Нигерии — СМИ
50 человек стали жертвами ошибочной атаки ВВС Нигерии — СМИ
20:20 2017-01-17 2

Чай и кофе продлевают жизнь – ученые
Чай и кофе продлевают жизнь – ученые
19:55 2017-01-17 11

Польские дипломаты пытались незаконно пересечь российскую границу
Польские дипломаты пытались незаконно пересечь российскую границу
19:50 2017-01-17 4

Захарченко рассказал, почему ДНР и ЛНР нельзя объединить
19:05 2017-01-17 15

В посольстве США рассказали о деятельности дипломатов в России
18:55 2017-01-17 3

Первый раз за восемь лет: Путин и Додон договорились решать проблемы
18:40 2017-01-17 5

В Оренбурге следствие разыскивает свидетельницу похищения девочки
18:25 2017-01-17 29

Учёные: Вино спасёт от ожирения
17:50 2017-01-17 3

Президент Молдовы Игорь Додон: В Молдове никто не пойдет на признание Крыма частью России
17:20 2017-01-17 5

«Майдан в Вашингтоне»: Путин заявил, что некоторые силы в США хотят помешать Трампу
16:25 2017-01-17 8